Димитрова Галина / Димитрова /Человек родился

Димитрова Галина
Димитрова
Галина

Раздражающе скрипит кровать. Над ухом противно пищит комар, я пытаюсь его прихлопнуть, потянулась. Черт! Как болит спина. Откуда комары в ноябре? А это что еще? Такая боль, ой-ей-ей… Фу, отпустило. Надо отвлечься, иначе я… Что иначе-то? Никуда я не денусь с подводной лодки. Ничего, скоро все кончится. Пройдет боль и будет новая страница в моей жизни. Так хочется его увидеть!

Я закрыла глаза и мысленно вернулась в тот сентябрьский день, когда шаталась по улицам Калининграда, пиная ногами упавшие каштаны, лишь бы не думать о безысходности своего положения. Бывшая мачеха разрешила перекантоваться одну ночь, дала старое пальтишко и туфли и показала от ворот поворот. Больше никого в областном центре у меня не было, надо возвращаться в свой заштатный городишко, может, кто из друзей-соседей приютит хотя бы на первое время. Забеспокоился Дюшка-Андрюшка, как будто почувствовал, что его непутевая мамаша нервничает. Интересно, это пяточка или кулачок? «Ничего, малыш, прорвемся. Я тебя никому не отдам. Ты мой», - думала я, поглаживая уже довольно-таки большой живот.

- Ирка! Шаляпина! Вот так встреча! – я обернулась. Надо же, Геша – одноклассник, безнадежно влюбленный в меня в третьем классе.

- Привет, Генчик! А ты совсем не изменился, – хотелось сделать комплимент.

- Конечно, такой же ботаник, в сторону которого не смотрят девчонки, – Геша улыбнулся и посмотрел на мой живот. – Ирк, а кто у нас муж?

- А муж у нас объелся груш, – я расплакалась, сама того не желая. И никак не могла остановить поток слез. Генка гладил меня по голове как маленькую.

- Ирк, ты перестань, а… Ну, нет мужа и не надо. Козел, значит. Бросил, да?

- Нет, Геша, тут все гораздо сложнее. Я сбежала от отца ребенка. И, боюсь, он меня уже ищет.

- Пойдем-ка, посидим в кафе. Ты мне все расскажешь, если захочешь. И вместе подумаем, как поступить. Хорошо? – он как-то бережно взял меня под локоток, и я послушно поплелась за ним.

Когда я окончила школу, папашка мой со своей новой отбыл на ПМЖ в Америку, а мне оставил квартиру в нашем городишке. И как только стукнуло восемнадцать, жилище я продала и подалась в Москву. Казалось, покорить столицу – нет ничего проще. В родном городке я пела в маленьком камерном ресторанчике. Всем нравился мой голос. А тут по телику эти «фабрики звезд», вот и решила стать звездулечкой. Но Москва оказалась не по зубам, с «фабрики» меня быстро вышибли – не умела я бороться, не хотела поступаться моральными принципами, и звучная фамилия не помогла. Певичек ресторанных в Первопрестольной и своих хватало. Больше я ничего не умела. А деньги, вырученные за квартиру, исчезали с завидным упорством. И вот настал день, когда я оказалась без крыши над головой, денег и работы. Моя товарка по «фабрике», тоже несостоявшаяся звезда, подсказала мне выход из создавшегося положения.

- Ир, ты молодая, здоровая, красивая. Можешь заработать хорошие деньги.

- Ты мне предлагаешь идти на панель? Этого не будет никогда, я лучше в подземном переходе с протянутой рукой буду стоять.

- Дурочка, эти хлебные места в подземных переходах уже давно все распроданы. И в жрицы любви я тебя не зову. Тут другое. Ты можешь стать суррогатной матерью. Девять месяцев неудобств – и свобода.

Я даже обрадовалась такому предложению. Тогда мне казалось, что это единственный выход. На ближайшие девять месяцев я буду обеспечена жильем и питанием. А после рождения здорового ребенка получу деньги на квартиру.

- Понимаешь, Геша, такой дурой была. Я же не знала, что за эти месяцы, когда под сердцем живет ребенок, меняешься не только физически, но и морально. В один прекрасный день я поняла, что не смогу отдать малыша. Он мой, он живет во мне. Как же его отдать?

- А у тебя оформлен официальный договор?

- Нет. У меня просто отобрали паспорт и не выпускали никуда. Денег  не давали. В шикарном доме выделили уютную комнату. Кормили убойно, я раньше таких вещей не видела даже в ресторане. Стыдно вспоминать унизительную процедуру зачатия. Представляешь, Палыч, так зовут отца ребенка, занимался любовью со своей женой, а я лежала рядом – в их супружеской постели. В решающий момент он навалился на меня. Бр-р… Потный, противный,  – меня передернуло. - Повезло еще, что все получилось с первого раза.

- Подожди, так это уже не суррогатное материнство, а изнасилование просто. Не по закону.

- Геш, тому братку законы не писаны. Положено иметь ребенка, а жена не может. Идти в больницу – история долгая, а тут раз-два – и готово.

- Ир, так, если нет официального договора, твой Палыч никому ничего не докажет.

- А что и кому он будет доказывать? Бандит он. Там денег не меряно. Видел бы ты их дом… Он своих качков-охранников пошлет, они найдут и отберут малыша. А меня убьют. Его субтильная женушка подушки себе подкладывала, для окружающих, мол, она беременная. Я ж там почти как в тюрьме находилась, чтобы никто не догадался.

Побег я замыслила на пятом месяце, когда мой Андрюшка шевелиться начал. У меня было припрятано чуть больше тысячи рублей. На поезде в свой город я ехать не могла – срок загранпаспорта закончился, новый сделать не удосужилась, а на самолет денег надо в пять раз больше. Где лежит мой гражданский паспорт, я знала, видела, в какой ящик мадам его убрала. И вот однажды утром жена Палыча достала бумажник, на шопинг собралась, а тут зазвонил телефон. Она трубку взяла и пошла на террасу разговаривать, чтобы я ничего не слышала, а бумажник на тумбочке оставила. Я молнией метнулась, открыла кошелек – там было много пятитысячных купюр, вытащила две в надежде, что эта особа с подушкой под платьем не заметит такой мелочи. Я это даже кражей не посчитала.

Как только хозяйка дома убыла, я сказала домоправительнице, что у меня сильно болит живот, как бы выкидыша не случилось. Она вызвала скорую, сама же и паспорт врачам отдала. Я обещала позвонить из больницы. Но из приемного покоя, как была в спортивном костюме и тапочках, рванула в Шереметьево.

Фу ты, опять боль какая! Мамочка, что ты так рано меня покинула… Кажется, разорвусь сейчас на части. Ой-ой-ой! Бо-о-о-льно… Опять этот комар пищит. Укусил, зараза, как веко чешется. Вроде, опять передышка. И снова воспоминания.

- Ирка, а знаешь что, давай мы с тобой распишемся. Ты фамилию поменяешь. Они же Шаляпину по роддомам будут искать, а ты станешь Караулиной.

- Спасибо, Ген. Только тебе-то это зачем? – хотя резон в предложении Генки был, конечно.

- От меня мать отстанет. Все женить хочет, каких-то невест приводит. А тут я ей не только жену, но и внука выдам. Подумай. Будешь жить в моей квартире в Светлом – наследство мне там перепало.  Я дальнобойщиком работаю, так что и докучать особо не буду.

Я посмотрела на Генку: ростом ниже меня на полголовы, а так – не хуже и не лучше других. Выбирать не приходилось.

Через несколько дней с помощью Гешиной соседки мы расписались по-тихому. Раньше я думала, что никогда не сменю свою фамилию, но теперь я стала Ириной Караулиной. От безделья обустраивала квартиру, научилась готовить и встречала мужа с поездок вкусными обедами. Так и жили, как добрые соседи. Только иногда я ловила на себе Генкин взгляд, в котором чудилась нежность. Мне становилось не по себе.

Обычно, возвращаясь из поездки, Гена первым делом спрашивал, как поживает Дюшка-Андрюшка.

А недавно он приехал дерганый какой-то. Отказался от ужина. Часто выходил на балкон покурить. На мои вопросы не отвечал. И как-то странно на меня смотрел.

Черт! Передышки все меньше, низ живота как огнем горит, спину ломит. Хочется сходить в туалет, да страшновато встать с кровати. Ни нянечки, ни акушерки не видно. Больно, больно, больно. Никогда больше не буду рожать. Кричу я уже, что ли! Не хочу ни о чем думать, не хочу. Но мысли сами лезут в голову.

Когда пришли эти люди со своими красными книжечками, я даже не поняла, что они хотят.

- Куда вы забираете моего мужа? Мне рожать скоро,- причитала я.

- Ваш муж арестован за преднамеренное убийство, – ответил оперативник.

- Убийство? Кого он убил? Этого не может быть. Гена, скажи хоть что-нибудь, – но Генка молчал, отводил глаза. – Кто-нибудь мне объяснит, что все-таки произошло?

- Ваш муж на своей фуре преднамеренно столкнул легковую машину и скрылся с места происшествия. Этому есть свидетели.

- Где это случилось?– меня прошиб холодный пот, и потянуло в низу живота. - Кто был в машине?

- Наезд произошел под Москвой. В машине были Тарасюк Леонид Павлович, его жена и водитель-охранник.

- Гена, не молчи, ведь это не так? Ну, Геночка… – мне не хотелось верить, но умом я  поняла: оперативник сказал правду.

В дверях муж повернулся ко мне и прошелестел одними губами, я еле расслышала:

- Прости меня, Ирка. Так надо было. В тумбочке письмо. Ты все поймешь, – дверь захлопнулась, и я осталась одна. Почувствовав первую боль, я сама вызвала «скорую».

Куда же еще больнее-то. Сил нет. Передышки между схватками все короче. Ничего-ничего, еще чуть-чуть потерпеть, а потом я прижму к себе родной комочек. Боль опустилась ниже, она уже почти не отпускала. Казалось, внутренности разрываются на части.

«Милая Ирка! Прости меня. Я вынужден был убить этого гада. Его ищейки подобрались слишком близко. Я очень боялся за вас с Андрюшкой. Не нашел я другого выхода. Ведь нет человека – нет проблемы. Больше тебя никто не потревожит. Сына запиши на меня. Тут же ты найдешь дарственную на квартиру и сберкнижку на твое имя. Моя мама поможет тебе с ребенком. Пой, у тебя это здорово получается. А я всегда тебя любил, с третьего класса. Нет у меня никого дороже мамы и вас».

Пелена застилает глаза. Слезы душат от боли и от жалости к себе, к Генке, к малышу, который так стремится на свет. Я уже пронзительно ору, не стесняясь. Вижу белые халаты, слышу успокаивающие слова. Плохо соображаю, как очутилась в родовой. Боль, опять боль и снова боль. Ничего не вижу и не соображаю, только слышу сквозь какую-то пелену: «Тужься. Ну, давай же, тужься. Дыши глубже. Помоги же ему. Тужься давай». Я разрываюсь, дышу, тужусь. И ору. А потом вдруг – облегчение. Андрюшка возвестил свое появление  хрипловатым криком. И это сейчас было главным. Человек родился!

© Димитрова Галина, 2016

<<<Другие произведения автора
 
 

 
   
   Социальные сети:
  Твиттер конкурса современной новеллы "СерНа"Группа "СерНа" на ФэйсбукеГруппа ВКонтакте конкурса современной новеллы "СерНа"Instagramm конкурса современной новеллы "СерНа"
   
 
  Все произведения, представленные на сайте, являются интеллектуальной собственностью их авторов. Авторские права охраняются действующим законодательством. При перепечатке любых материалов, опубликованных на сайте современной новеллы «СерНа», активная ссылка на m-novels.ru обязательна. © "СерНа", 2012-2021 г.г.  
   
  Нашли опечатку? Orphus: Ctrl+Enter 
  Система Orphus Рейтинг@Mail.ru