Конкурс современной новеллы «СерНа - 2»ЛИТОБЗОР

Групповой этап, Группа "G", раунд 1

Автор рецензии, судья: Галина Мальцева
Добрая фея и дьявольский сценарист


  

1/16 финала, группа G, раунд 1


Автор: Александр Киселёв
Произведение: «Из оттуда с любовью»

Автор:  Алла Войцеховская 
Произведение: «Дьявольский сценарий»

Добрая фея и дьявольский сценарист

Александр Киселёв, «Из оттуда с любовью»

Как трудно писать обзор на рассказ, в котором нравится всё. И авторская интонация, и лёгкость языка, идея, чудесный юмор, сюжет, его объёмность и подтекст…
Автор не боится смещения жанров, тесно переплетая сказку с реальностью, трагичное с комичным. Никаких швов при этом не видно, Александр — мастер тонкого кроя. В какой-то момент показалось, что ещё немного, и автор перейдёт некую грань, за которой всё рухнет, а кусочки такой разной ткани всё-таки расползутся. Но нет, не случилось, пара стежков — и  всё отлично «сидит».

Так называемые драматургические «повороты» — из сказки в лагерный быт, из лагеря — на болото, превращения из золушки — в зэчку, а из зэчки в лягушку, всякий раз заставали врасплох. Невозможно было предсказать следующее письмо тётушке, а уж чего стоит последний поворот… Очаровательная, несуразная героиня-оптимистка с её мудрой тётушкой-феей просто незабываемы!

Вкус не изменил автору ни на минуту, и я сомневаюсь, что автор когда-нибудь сможет изменить ему.  

«Тетушка, я все-таки счастливая. Меня не расстреляли».

Не удержалась от цитаты, но надо остановиться — иначе процитирую всю новеллу.

Алла Войцеховская, «Дьявольский сценарий»

Да… Вот только пожаловалась, как трудно писать обзор на рассказ, в котором всё нравится. А теперь подыскиваю слова, чтобы рецензия на эту новеллу не выглядела обидной. Но боюсь, будет выглядеть именно так, поэтому заранее обращаюсь к автору: пусть всё нижесказанное будет только одним из мнений, на которое можно не обращать никакого внимания.

В подобных случаях выбор не велик: или не говорить ничего, или уж говорить всё. Права молчать у меня, увы, нет, поэтому начну.

«Что-то такое необыкновенное привлекло её женское начало в этом Генри…»

Эта фраза, правда, из середины, но она отражает суть, стиль и сюжет новеллы особенно ярко.

Автор пишет бойко, без видимых усилий, хотя этот тот самый случай, когда небрежность при работе с текстом и необходимость кропотливого труда над ним буквально режут глаз. Не стану говорить о лишних запятых, количество которых не позволяет принять их за опечатки (это — к корректору). Ненужные «какой-то» и «почему-то» при желании тоже можно вычистить. Мысли героини регулярно оформляются как прямая речь — и это поправимо, хотя на впечатление от новеллы, конечно, влияет. Но придётся пройтись вместе с автором по тексту,  чтобы показать общее «состояние дел».

«Глупейшая мелодрама, в которой лучшая подруга главной героини неожиданно погибает почти в самом начале фильма, а главная героиня  неожиданно влюбляется в  бой-френда своей погибшей подруги, который  неожиданно появляется в её жизни, а затем также неожиданно становится сказочно богатым…»

Четыре слова «неожиданно» в одном предложении… Возможно, так и было задумано, чтобы показать сарказм героини по поводу сюжета фильма, но выглядит всё равно неудачно.

«Таксист отсчитал сдачу, оставив себе приличные «чаевые» и, хлопнув дверцей, оставил Эмму одну стоять у подъезда дома с огромными сумками»

Пора научиться ставить на место всех! Иметь при себе мелкие деньги, отсчитывать купюры точно по счётам и по счётчикам, как-то заставить себя уважать!»
(кстати, без слова «стоять» фраза выглядела бы лучше).

Вопрос: с кем разговаривает героиня? И какую смысловую нагрузку несёт эта реплика про счёты, счётчики и желание себя уважать?

«Эмма поискала в кармане ключи от квартиры и попыталась поднять самую большую сумку,  жутко тяжёлая.

— Хотите, помогу?

Незнакомый голос принадлежал приятному молодому мужчине с аккуратной стрижкой и чистой обувью…

— Хочу.

Эмма улыбнулась своей очаровательной улыбкой, и уже через пять минут тяжёлые сумки мирно покоились в прихожей, а милый мужчина, по имени Генри, ждал свою чашечку ароматного кофе в удобном кресле светлой гостиной Эммы»

Итак, героиня уже стоит перед дверью квартиры, осталось только её открыть и перенести за порог сумки. За спиной появляется приятный мужчина и предлагает помощь в преодолении этого самого порога. За такую невероятную услугу, о которой потом Эмма будет вспоминать и бесконечно благодарить, незнакомец (грабитель? насильник? мошенник? торговец?) будет тут же впущен в дом к молодой одинокой женщине и усажен в удобное кресло в ожидании кофе.

Может быть, героиня — просто наивная дурочка? Однако, Эмма претендует на интеллект: она знает слово «преференции» (хотя употребляет его с неуместной претензией и «не в кассу»), а «сотня каналов кабельного телевидения» раздражает её «своей невнятностью и непрофессионализмом вещания».

Или дело в обидевшем её таксисте, нагло присвоившем сдачу? Похоже, раньше Эмме все только хамили, вот и поразил её прямо в сердце первый вежливый человек на земле.

Кстати, вот этот, намеренно выпущенный мною абзац про «преференции».

«Незнакомый голос принадлежал приятному молодому мужчине с аккуратной стрижкой и чистой обувью.

Он как будто знал о её особенных преференциях в подобных знакомствах на улице и очень хорошо подготовился…»

Я так и не поняла, в чём состояли, собственно, эти преференции, и как именно «очень хорошо подготовился» молодой человек  — сделав аккуратную стрижку и почистив обувь? Довольно скромные «преференции»… Не говоря уже о том, что фраза про «подобные знакомства на улице» наводит на мысль: мужчину-то впустили не столько из благодарности… А ежели был бы лохмат да обувь не чищена?

Кстати, про свою подругу Эмма презрительно замечает:

«Марта не была неприступной крепостью».

Ага, кто бы говорил. Второе же посещение молодым человеком её незапертой квартиры закончится…

«Эмма не смогла удержаться и слегка обняла его за плечи. Он уверенно подхватил её на руки и понёс к дивану».

Факт есть факт, и таксист с сумками тут уже ни при чём. Но это будет пару часов (и страниц) спустя. А пока героиня всё ещё выдаёт житейские мудрости и претендует на человека, которому «сложно влюбиться»:

«Обычно, мужчины с такой приятной наружностью оказываются на поверку жуткими снобами, занудами, эгоистами и моралистами. Хорошо, если не всем и сразу одновременно…»

Что, и впрямь? Надо же… теперь буду знать.

Героиня «неожиданно приятно удивлена», что так запросто впущенный в дом Генри оказывается не таким, как обычно бывают люди с его внешностью. Видимо, её «преференции» не дружат с её же жизненным опытом. Или в тексте что-то не так с логикой.

Заставить свою героиню нести подобную глубокомысленную чепуху можно только в одном случае — если автор и сам её высмеивает. Но тогда и читатель не станет относиться к Эмме серьёзно. А мне всё-таки думается, что рассказ не задумывался, как сатирический, здесь предполагалась некая драматургия.

Сколько бы ни употребляла героиня умных слов наедине с собой, работает это только на образ недалёкой гламурной дамочки с претензией на светскость. Например, героиню приятно поражает, что молодой человек (не постеснявшийся, замечу, выпить кофе в чужом доме), настолько скромен, что даже телефончика не попросил. Но затем на Эмму нисходит откровение:

«— В конце концов, он знает, где меня можно найти!»

И с этим трудно не согласиться.

«Эмма набрала тёплой воды в ванную и отдыхала теперь в ароматной пене, пребывая почему-то  в самом замечательном расположении духа».

Действительно, почему бы ей пребывать в таком замечательном расположении духа? Оставим это, как неразрешимую загадку.

«Эмма, слегка взбодрённая кофе и омытая водой, прилегла поверх покрывала и отдыхала «душой и телом» в своей любимой постели».

Так поверх покрывала она прилегла, «омытая водой», или всё-таки в постель?

Далее следует моя любимая фраза про «её женское начало» — пропускаем, как и реплику про мужчин, которых героиня «знает как облупленных, всё их нутро видит насквозь…», иначе мне придётся решать, чья это лексика — героини или автора. Надеюсь, всё-таки первое.

Читаем сильно (очень сильно) затянутое повествование, содержащее кучу действий:  включение телефона, попытки дозвониться Марте, приготовление ужина, постоянное возвращение в мыслях к своему уже «родному и близкому» незнакомцу, смс-ки, снова ужин, «креативный» салат и творческий подход, ноутбук, «Фэйсбук», электронную почту и опять сервировку ужина, и переходим к развязке, то есть, собственно, к сюжету.

Письмо от Марты содержит имя «Генри», но героине (как и написала зачем-то Марта), это ни о чём не говорит. Читателю это сказало бы всё прямо сейчас, если бы он не «расколол» сюжет ещё раньше, на первых же строчках. Упомянув подругу и её жениха, а затем, «чтобы никто не догадался», показав по ТВ аварию, автор не может всерьёз рассчитывать, что читатель будет долго и с интересом следить за размышлениями героини, недоумевая вместе с ней, «а где же Марта».

Признаюсь, элемент неожиданности в сюжете для меня всё-таки был. То, что замечательный Генри оказался тем самым дьявольским сценаристом, я и предположить не могла. 

С Генри теперь всё ясно, но я всё равно ничего не могу понять с Эммой. Гибель подруги — любимой подруги с отрытым взглядом, искренностью и душевностью — не слишком подействовала на нашу дамочку. Героиня поражена совпадением, сознаёт дьявольскую задумку своего «идеального» Генри, но и только. Дальше в планах — «красное платье от Валентино», причёска, лёгкий макияж и казино. Я так и не смогла найти ответ на вопрос: а что заставляет её выполнять этот дьявольский сценарий, не сделав ни единой попытки вырваться из его рамок? Не слишком убедительная влюблённость с первого взгляда? Когда сама Эмма рассуждает про свою встречу с Генри: «Этого мало, но… может быть, они ещё встретятся», любезности и обаяния Генри пока недостаточно, чтобы уверенно считать себя влюблённой, но их почему-то хватает, чтобы, забыв про погубленную подругу, броситься с ним во все тяжкие?

Героиня уже предстаёт не глупой и легкомысленной, а гнусной и отвратительной. Или она зомбирована? Кем она вообще задумана изначально?  

Нет-нет, всё правильно, героиня может быть любой — смешной, напыщенной, морально неустойчивой, вызывать раздражение, злость и неприятие. Но её надо понимать, даже в её злодействе, если оно есть. Должна быть внутренняя логика персонажа. По крайней мере, у меня понимание этой логики после прочтения новеллы напрочь отсутствует. Как и понимание главной её мысли. Возможно, только у меня.

Может быть, эта мысль здесь? «Лучший дьявольский сценарий, воплощённый  в реальную жизнь  алчного мира…»

В чём же он состоял, этот сценарий? Некий Генри-Мефистофель сочиняет сюжет для фильма, в котором играет актриса Эмма. А потом устраивает так, что в жизни Эммы происходит тот самый сценарий, а Генри в нём главный герой. Ради этого ему, очевидно, понадобилось приложить свою мистическую силу и погубить подругу героини, хотя, судя по Эмме, и живая Марта не сильно бы ей помешала «зажечь свечи» и отправиться с ним в казино.

В чём состоит грандиозность этого замысла, чем он заслуживает эпитета «лучшего» — за все тысячелетия «реальной жизни алчного мира»?

А про рассказ думаю (и надеюсь), что он всё-таки не лучший из всех произведений этого автора. Очень трудно писать по заданию в ограниченные сроки, вот это я отлично понимаю. К сожалению, ничего не могу сделать — раунд есть раунд, а за выполненное задание автор, к тому же, получит дополнительный балл. При всем уважении к Алле, могу отдать ей только десять своих — за элемент неожиданности в сюжете.

Вторник, 18 марта 2014


<<<Список литобзоров конкурса
 (4)
Комментарии к произведению (1)
Галина Мальцева>>>
 
   
   Социальные сети:
  Твиттер конкурса современной новеллы "СерНа"Группа "СерНа" на ФэйсбукеГруппа ВКонтакте конкурса современной новеллы "СерНа"Instagramm конкурса современной новеллы "СерНа"
 
 
 
  Все произведения, представленные на сайте, являются интеллектуальной собственностью их авторов. Авторские права охраняются действующим законодательством. При перепечатке любых материалов, опубликованных на сайте современной новеллы «СерНа», активная ссылка на m-novels.ru обязательна. © "СерНа", 2012-2021 г.г.  
   
  Нашли опечатку? Orphus: Ctrl+Enter 
  Система Orphus Рейтинг@Mail.ru