Кравчук Ольга  Ангелы не плачут

Кравчук Ольга
Кравчук
Ольга

Монотонно шумела листва тополя, сегодня не было слышно привычных голосов людей и криков птиц, тихо как никогда. Я сидела на скамейке, смотря в пустоту, и перед глазами проплывали блеклые воспоминания о моей невесёлой жизни. Наша семья никогда не была образцовой, мы жили, плывя по течению, не пытаясь, что–либо исправить и это, казалось, всех устраивало. У нас было две дочери – семнадцати и девятнадцати лет, а на старости лет, меня угораздило быть на сносях в третий раз. По правде говоря, этому ребенку никто не был рад, а деваться мне было не куда, я пропустила срок и другого пути избавиться от ноши, кроме как рожать не было. Мои дочки откровенно недолюбливали друг друга, потому что считали, если бы кого-то из них не было, то можно было бы одеваться лучше и есть повкуснее, а тут ещё третий рот был на подходе, но это было не так.

Когда я была молода то, как все девушки мечтала выйти замуж и нарожать детишек, чтобы создать настоящую полноценную семью, но получилось не совсем так, как я себе это представляла. Замуж я вышла, потому что принесла в подоле, муж меня с самого начала не жаловал, а по истечении нескольких лет и вовсе стал относиться как к собаке. Когда я родила вторую дочку, Женя стал всё чаще напиваться. Поначалу он выпивал только в первый день после зарплаты, затем, уходил в запой в конце каждого месяца, до тех пор, пока деньги не заканчивались, а потом и вовсе не просыхал, даже на работу позволял себе ходить под градусом. Зарплату его я видела редко, так что приходилось перебиваться тем, что имелось с огорода. Когда младшенькой было восемь месяцев, она сильно раскапризничалась из-за игрушки, которую держала в руках старшая сестра, мне не удавалось её успокоить, а упрямая Нина никак не хотела уступить малышке. Женя в тот день пришел как всегда пьяный и просто рассвирепел от детского плача. Он решил, что виной, стоящему в доме крику непутевая мать, да так меня поколотил, что я со сломанными ребрами и выбитыми зубами попала в больницу. Моей матери тогда пришлось на некоторое время забрать девочек к себе, чему она не сильно радовалась, потому что дети плохо между собой ладили. Я очень любила своих дочек и всегда заботилась о них, но с того самого дня побои мужа стали регулярными и у меня опустились руки. Мне много раз предлагали заявить на мужа в милицию, но я не могла так с ним поступить, он был для меня самым дорогим человеком на свете, и я все ещё любила его, не обращая внимания на оскорбления и унижения. Я больше не могла радоваться жизни, не обращая ни на что внимания, стала замкнутой и ко всему безразличной.

Нина с детства не любила Таню и та, подрастая, платила той же монетой. Владик родился поздней осенью, с первых минут жизни малыш своим чистым взглядом озарил наш мрачный дом, наполнил его ярким светом и необъяснимым счастьем. Его блестящие наивные глазки, крошечные ручки и искренняя улыбка пробудили во мне ласку и трепет, которые, казалось, были похоронены заживо. Дочки дружно со всей ответственностью заботились о братике и постепенно ссоры в доме угасли. Женя после рождения сына, словно забыл обо всем на свете и с каждым месяцем выпивал всё меньше. После работы он спешил домой к сыночку, чтобы поцеловать его малюсенькие ножки, а он в ответ хватался цепкими ручонками за его волосы и, радостно агукая, тянул что было мочи. Наш дом наполнился смехом и радостью. Для знающих как мы жили людей, было удивительно, как быстро всё изменилось: из совершенно неприглядной семьи мы постепенно преображались, не переставая удивлять окружающих. И только я знала, что это всё произошло благодаря Владику. Я не знала, какими силами он был наделен, но никто не мог устоять перед его милой ангельской улыбкой, наблюдая за ним, сердце буквально плавилось от любви и нежности, я так его и называла маленьким Ангелочком.

Наше счастье оказалось не долгим, в тот день, когда Владу должно было исполниться три годика, он неуверенно подошел ко мне, и, схватив меня за халат, сказал:
– Мамоцька, у меня болят ножки.
– Ничего, милый, сейчас мама положит тебя спатки, и ноженьки отдохнут, – сказала я, погладив его по головке.

Но, даже отдохнув, сыночек жаловался на ножки. Мы с Женей, не медля, повезли его в областную больницу. Сложно описать, что тогда чувствовал каждый из нас, мы безумно волновались, но даже представить себе не могли, какой ужас затмит наше ясное солнышко. В тот день доктор вышел из палаты и, немного помолчав, сказал:
– У вашего сына рак крови. Сделать ничего нельзя, – будто отрезал мужчина в белом халате.
В моих ушах зазвенело и я, не помню как, потеряла сознание. Когда я пришла в себя, надо мной, склонившись, стоял Женя.
– Милый, что он сказал? Что же нам теперь делать? – захлебываясь от слез, спросила я.
– Мы будем бороться, – прошептал он, вытирая тыльной стороной ладони свои красные глаза. – А сейчас успокойся, и пойдем к нашему сыночку. – Ничего не ответив, я кивнула головой.

Владику никто ничего не рассказывал, да и что можно сказать трехлетнему ребенку, когда сам боишься даже подумать о его болезни. Почти весь последующий год я провела с ним в больнице, а потом нас выписали домой. Мы не сдались, и только один Бог знает, каким чудом появлялись у него силы бороться с болезнью.

– Мама, мамочка, иди, посмотри, какую я лошадку нарисовал! – восторженно звал он меня и я, бросая домашние дела, мчалась к нему, чтобы порадоваться его достижениям.

Нина и Таня сблизились как никогда, они дружно ухаживали за братиком и наконец, стали друг другу родными, теперь девочки были мне настоящей опорой и поддержкой, всё делили на троих, отдавая лучшее Владику. Женя перестал заглядывать в пивные и каждый вечер спешил домой, чтобы побыть с сыночком. Ему пришлось устроиться на вторую работу, все деньги уходили на лечение Владика, но мы были счастливы, потому что каждый новый день, дарил нам бесценные достижения нашего Ангелочка. В его не по возрасту взрослым глазкам, я часто видела боль, но он, ни разу не заплакал, только всё сильнее сжимал мою руку.

– Мамочка, побудь возле меня, – просил он, почти шепотом.
– Конечно, малыш, сколько хочешь, – обещала я, сдерживая подступавшие слезы.
– Ты только не отпускай мою руку и не говори папке, я не хочу, чтобы он расстраивался.
– Хорошо, мы ему скажем, что у нас все хорошо, – заверяла я.
– Всё и так будет хорошо, – говорил малыш, совсем по–взрослому. Порою казалось, что он понимает гораздо больше, чем мы думаем, его задумчивые глаза иногда становились стеклянными и тогда, казалось, что он совсем взрослый.

Так в горечи вперемешку со счастьем прошли три года нашей жизни. Владик должен был бы уже пойти как все детки в школу, но мы не могли оставить его без должного ухода даже на полдня, но он не спрашивал нас, почему ему приходится учиться дома. Сестры с радостью учили его считать и писать, он знал множество стихов и сказок, но больше всего ему нравилась «О рыбаке и рыбке».

– Знаешь, мамочка, я бы тоже хотел поймать золотую рыбку, – говорил Владик, широко улыбаясь.
– Зачем? – удивлялась я.
– Чтобы загадать самое важное желание, – с серьезным видом отвечал сын.
– И что это за желание?
– Я бы попросил, чтобы мне разрешили побыть с вами еще хотя бы месяц. – От этих слов моя кожа покрывалась пупырышками и липким потом. Дома тогда никого не было, и я не стала рассказывать мужу о случившемся.

На следующий день моему Ангелу стало хуже, и мы отвезли его в больницу. Я не отходила от его кровати, всё время держа в ладони его прохладную руку, мне так хотелось забрать от него хотя бы часть боли, которая беспрерывно терзала его хрупкое тельце.

– Мамочка, открой окошко, – попросил он, приподнимаясь на подушке.
– Сейчас, милый, – ответила я и, подойдя к окну, приоткрыла форточку.
– Шире, мамочка, – не унимался он.
– Ты же знаешь, доктора не разрешают открывать окна, это опасно для тебя, – мягко напомнила я.
Владик на мгновение поёжился, зажмурив глазки.
– Милый, за столько лет, я ни разу не видела, чтобы ты плакал. Ведь тебе же больно, я вижу, лить слезы от боли не стыдно, не нужно терпеть. Поплачь и увидишь, тебе станет легче.
– А я не терплю и мне ни капельки не стыдно! – заявил Владик.
– Но почему же тогда, из твоих глазок за столько лет не упала ни одна слезинка? – не поверила я его словам. – Ты у меня такой храбрый и стойкий! – похвалила я его, догадываясь, что папа мог говорить ему, что мужчины не плачут, а ему так не хотелось его разочаровать.
– Нет, мама, я не храбрый, просто Ангелы не плачут, – серьёзно сказал малыш, нахмурив тонкие бровки.
– О чём ты? – не поняла я его слов.
– Ты же называешь меня Ангелом, мне это очень нравиться, но они живут на небесах, а не на земле, наверное, и мне пора уходить, – объяснил сынок, пожав худыми плечиками.
– Не говори так, ты самое дорогое, что у всех нас есть, и мы еще поборемся за тебя, всё будет хорошо, – я поцеловала его в лоб, и из моих глаз скатилось несколько крупных слезинок, упав на его бледное личико.
– Не расстраивайся, мамочка, я так тебя люблю, – прошептал он.
Владик прикрыл глазки и его сердечко, издав последний звук, замерло. Одному Богу известно, чего нам всем стоило пережить самую большую потерю в нашей жизни.

Нет, больше я не плакала, мой малыш не хотел бы этого, он был храбрым и сильным мальчиком. Несмотря на прогнозы докторов, он подарил нам шесть прекрасных лет жизни рядом с ним. Своим нежданным появлением в нашей семье, Владик связал нас всех невидимой нитью, которая навсегда держала нас вместе.

Я встала со скамейки и, поцеловав фото сыночка на мраморном памятнике, пошла домой. По дороге, у магазина я увидела маленькую девочку, которая бегала по дорожке, держа в руках привязанный к ленточке воздушный шарик оранжевого цвета. Она весело смеялась, но неожиданно ленточка выскользнула из её маленькой ручки и ветер, подхватив шарик, поднял его высоко в небо и начал уносить вдаль. Малышка горько расплакалась, провожая взглядом яркий шар, который совсем недавно дарил ей столько радости.

– Не нужно слез, – сказала я, присев около малышки на корточки и вытерла своим платком её мокрые глазки. – Ангелы не плачут.

© Кравчук Ольга, 2019

<<<Другие произведения автора
 
 

 
   
   Социальные сети:
  Твиттер конкурса современной новеллы "СерНа"Группа "СерНа" на ФэйсбукеГруппа ВКонтакте конкурса современной новеллы "СерНа"Instagramm конкурса современной новеллы "СерНа"
   
 
  Все произведения, представленные на сайте, являются интеллектуальной собственностью их авторов. Авторские права охраняются действующим законодательством. При перепечатке любых материалов, опубликованных на сайте современной новеллы «СерНа», активная ссылка на m-novels.ru обязательна. © "СерНа", 2012-2019 г.г.  
   
  Нашли опечатку? Orphus: Ctrl+Enter 
  Система Orphus Рейтинг@Mail.ru