Боттичелли Наталия  Завещание

Боттичелли Наталия
Боттичелли
Наталия

Майский день. Травы уже налились цветом и силой. Солнце согревало землю по-летнему. Отцветала сирень, но еще не померк ее сладкий тягучий аромат. Изумрудный пруд, поросший ряской и камышами по краю, приютил небольшую лодку. В ней сидела молодая пара и что-то оживленно обсуждала. Было видно, что мужчина пытается доказать рациональность своих слов женщине; снимает в порыве эмоций шляпу и снова одевает ее. Будто этот жест прибавляет его словам весомости. Молодой мужчина, Михаил, зачитывал выдержки из последних номеров газет. Миловидная девушка, Анна, время от времени прикрывала глаза и обреченно вздыхала, не зная, что она может ответить возлюбленному. И нужно ли отвечать… Анне не хотелось спорить, не хотелось возражать. В ее двадцать с небольшим лет ей просто хотелось жить. Кататься по этому тихому маленькому пруду, который она знала с детства, смотреть в зеленые глаза своего Мишеньки, с которым через месяц у них должно было состояться венчание. Михаил, в который раз говорил о неспокойной обстановке в стране, убеждал, что положение становится критическим и лучше подумать о переезде заграницу. Тогда Анне казалось — мужчины, как всегда, «сгущают краски». Да, идет Первая мировая война, но Россия всегда воевала, чтобы отстоять свой авторитет. Пройдет время, и эта война закончится, и все встанет на свои места. Они с Михаилом поженятся, заведут детей и будут жить в большом доме ее прадеда, который уже не одно столетие стоит на земле, окруженный цветником и чудесными сиреневыми зарослями. Анна очень любила сирень, и любая ее греза начиналась с нее.

В детстве Анне нравилось читать книги. Более всего она любила красивые притчи и легенды. Была легенда и о ее любимом цветке. Она гласила …

Сирень создали солнце и радуга. Богиня весны разбудила Солнце и его верную спутницу Радугу, смешала лучи солнца с пестрыми лучами райской дуги, рассыпала их на луга, ветви деревьев – и всюду появлялись цветы, земля заиграла красками. Но дойдя до скандинавских земель, Радуга поняла, что у нее осталась только лиловая краска. Пролила ее всю без остатка на, жаждущие красоты, земли.Солнце добавило света. Так и появились лиловые и белые кусты цветка, любимого во всем мире. В другой, древнегреческой легенде говорилось, что молодой Пан — бог лесов и лугов, повстречал однажды прекрасную речную нимфу Сирингу— вестницу утренней зари. Залюбовался ее красотой так, что забыл о своих забавах.Пан заговорил с Сирингой, но она испугалась и побежала прочь. Пан побежал следом, желая ее успокоить, но нимфа неожиданно превратилась в изумительный куст с нежными лиловыми цветами. И мы отдаем дань Сиринге, говоря «сирень».

Эта притча нравилась маленькой Анне больше других. Как-то могущественное божество обрушило на род людской свой гнев, заставив литься дожди и дни, и ночи, не останавливаясь даже на миг. Переполнились реки и озёра, вышли из берегов. Начался потоп. Перепуганные люди ушли в горы, надеясь спастись на поднебесных вершинах. Но вода поднималась всё выше и выше… Тогда юный пастух решил принести себя в жертву разгневанному богу. С мольбой о пощади для людей, кинулся он в воду. Бог сжалился, буря утихла. Перестал литься дождь, вода спала, близкие юноши были спасены. Юноша остался цел и невредим. А вся земля вокруг покрылась зарослями зелёных кустов, которые были унизаны душистыми кистями белого и лилового цвета.

«Сиреневые мечты» о будущем не давали девушке увидеть суровую реальность, о которой твердил ее жених. Время Российской империи, дворян и их родовых имений подходило к концу. В прекрасных сиреневых зарослях вскоре нельзя будет укрыться от кровопролития и хамства, которые захлестнут страну менее, чем через год.

Лодка продолжала покачиваться на глади пруда. Михаил молчал, не отводя взгляда от своей записной книжки. Анна с тревогой смотрела на испарину, выступившую у него на лбу. Шел май тысяча девятьсот шестнадцатого года.

Михаил оказался прав. Краски «сгущали» не мужчины, а кровь, лившаяся непрерывно в революцию, в гражданскую…

В тысяча девятьсот семнадцатом году родственники Анны и Михаила бежали в Польшу, а потом во Францию. Больше о них ничего не было известно. Анна и Михаил обвенчались в тысяча девятьсот шестнадцатом году, через год родился их первенец, но прожил всего несколько месяцев. По стране прошел сыпной тиф. Анна и сама едва осталась жива.

Анна и Михаил были классово чуждыми элементами в новом обществе, потому перебрались подальше от столицы, в пригород Тулы. Михаил устроился рабочим на завод, а его супруга некоторое время преподавала грамматику в сельской школе. Несколько лет пара жила в бараке для рабочих, пока начальство завода, где работал Михаил, не выделило тёс на строительство собственного дома. Тогда, в середине двадцатых годов — это было пределом мечтаний. Наконец-то! Свой дом! Еще до того, как он был построен, Анна посадила вокруг дома саженцы сирени. Они напоминали ей безмятежное, счастливое время юности.

Прошли годы. Прошли жизни Михаила и Анны. Они прожили их как могли, как им позволило прожить то суровое, непростое время. Всю свою нерастраченную любовь они отдали своему маленькому саду.

Мне всегда хотелось купить уютный домик в каком-нибудь тихом месте. В прошлом году это желание осуществилось. Домик сразу привлёк внимание. Он показался мне самым скромным среди ярко выкрашенных соседей. А самое главное, вокруг него по периметру росла сирень. Охраняла и закрывала окна от посторонних глаз и окружающего мира. Дом я покупала ранней весной и предвкушала, как чудесно будет вдыхать аромат лиловых кистей через открытые окна. Внутри дом был чистым и аккуратным. Все комнаты, начиная с прихожей — проходные. Из прихожей попадаешь в кухню, из кухни в гостинную, а потом в маленькую спальню. Окна большие во всю стену и сирень… сирень… Перед покупкой я узнала, что дом имел множество хозяев. Последние сделали здесь солидный ремонт: полы, стены, потолки — все было свежим и новым. От «старых времен» остались, пожалуй, напольные часы с боем, но они не шли, да небольшой круглый стол с изогнутыми ножками. Я видела подобные столики в кино, в фильмах о тридцатых-сороковых годах прошлого века. Сидя в кресле вечерами я смотрела в сиреневую гущу цветов за окном. Мне так хотелось хотя бы представить, кто и когда построил этот дом; как прошла жизнь этих людей… Что хотели они передать будущим хозяевам дома…

При этих мыслях мой взгляд остановился на круглом столике, стоявшем в углу комнаты. Такие столы всегда изготовлялись с «секретом». Нужно просто нажать на определенную часть боковой панели столешницы и откроется тайник. Промаявшись с поисками этого «секретного места» с полчаса, с досадой я со всей силы ударила кулаком по боковине стола. Медленно со скрипом выехал ко мне небольшой выдвижной ящичек. В нем лежал пожелтевший, свернутый вчетверо лист бумаги, пустой флакон духов «Красная Москва» и две засушенные кисти сирени. Я аккуратно развернула лист и прочла:

«Дорогая моя Аннушка, уже много лет тебя нет рядом, но как еще я могу поговорить с тобой… Как в юности, пишу письма. Снова весна, снова цветет сирень. Жаль, что ты не видишь. Каждый вечер я открываю окна и мне кажется, что ты входишь в наш дом с этим сиреневым запахом. А когда сирень отцветает, я достаю флакончик твоих духов. Думаю, что скоро я и сам расскажу тебе о своих мыслях и чувствах. Лишь одно волнует меня в этой жизни сейчас, будет ли новый хозяин дома ухаживать за нашей сиренью. Мне хочется верить, что будет. Лишь этого я прошу каждый вечер, стоя подолгу у окна нашей маленькой спальни».

© Боттичелли Наталия, 2018

<<<Другие произведения автора
 
 (1) 
 
   
   Социальные сети:
  Твиттер конкурса современной новеллы "СерНа"Группа "СерНа" на ФэйсбукеГруппа ВКонтакте конкурса современной новеллы "СерНа"Instagramm конкурса современной новеллы "СерНа"
 
 
 
  Все произведения, представленные на сайте, являются интеллектуальной собственностью их авторов. Авторские права охраняются действующим законодательством. При перепечатке любых материалов, опубликованных на сайте современной новеллы «СерНа», активная ссылка на m-novels.ru обязательна. © "СерНа", 2012-2018 г.г.  
   
  Нашли опечатку? Orphus: Ctrl+Enter 
  Система Orphus Рейтинг@Mail.ru