Никитин Анатолий  Приложение

Никитин Анатолий
Никитин
Анатолий

В тот день рукав моей рубашки был влажным от слёз.

Внизу у входа в офис, на заднем дворе высокого, серого и потому некрасивого здания, во время пятиминутного перерыва на свежем воздухе, мы все четверо смеялись во весь голос и едва успевали вытирать слёзы с лица, чтобы получше разглядеть получившееся изображение на смартфоне.

Это новое приложение поистине творило чудеса, по крайней мере, у всех нас, плотно прижавшихся плечами друг к другу, чтобы поближе видеть экран, было именно такое мнение. Стоило сделать снимок кого-либо и выбрать соответствующий фильтр, как неведомый волшебный алгоритм начинал применять своё мастерство преображения и после полного поворота круга, символизирующего необходимость ожидания, на экране появлялась девушка с чертами лица сфотографированного коллеги. Смех с новой силой раскатывался по двору, перемешиваясь с единичными восторженными хлопками в ладоши и глубокими вдохами, когда воздуха в лёгких уже не хватало. Ещё одно нажатие и перед нами уже появлялась фотография старика, который поразительно реалистично передавал предполагаемое далёкое будущее того, кто послужил «моделью» для оригинального фото. Касание за касанием и смартфон показывал то мальчика с худыми щеками, то ухоженного сердцееда с оформленной щетиной и модной причёской, похожего на героя турецких сериалов. Перерыв затягивался.

Обычно в такой ситуации человек, чья фотография подвергается какой-либо обработке, чувствует себя немного смущённым перед остальными коллегами. Особенно, если они то и дело упираются ладонями в колени, чтобы немного отдышаться от приступов смеха, уже отдалённо напоминающих истерию. Но этот раз был исключением - смеялись все. Даже напротив, каждый желал поскорее примерить на себя тот или иной образ, который предлагало это восхитительное приложение.

После работы, стоя в пробке, опустив одну руку на подлокотник, я всё ещё прокручивал в голове изображения, увиденные сегодня и сам себе улыбался, ощущая лёгкую боль скуловых мышц. Вспоминая реакцию коллег, громкий мужской смех и язвительные комментарии в адрес друг друга, по поводу того, что женский образ кому-то идёт подозрительно хорошо, я сам незаметно для себя упёрся жёлтым светом фар в тяжёлые раздвижные ворота, хранящие покой двора, где стоит дом моих родителей.

Ноутбук уже 3 года как подарили отцу на юбилей, чтобы как раз на пенсии было не скучно, да и многочисленные родственники, хаотично разбросанные по стране, при каждом удобном случае призывали приобрести компьютер хотя бы для того, чтобы была возможность общаться через видеосвязь. Собственно, как и у большинства пенсионеров, у родителей всё взаимодействие с компьютером ограничивалось именно общением с родственниками и именно по средствам видеосвязи. Поэтому если с техникой что-то происходило, то я периодически заезжал на ужин и параллельно устранял накопившиеся проблемы, которые по сути на работу ноутбука никак не влияли, но непременно мешали отцу своей неправильностью.

Ужин был съеден, чай выпит, фотографии, скопившиеся на рабочем столе, медленно копировались в одну папку, в которой потом они будут скрупулезно подписаны и разложены по датам, как в самом структурированном каталоге, чтобы при очередном сеансе видеосвязи можно было быстро найти нужные и продемонстрировать собеседнику при помощи специальной функции. Между делом мы разговаривали с отцом о том, что интересного он прочитал в интернете за последнее время или можно ли вывести на экран погоду, чтобы всегда было видно.

Зелёная полоска прогресса чуть заметно двигалась, немного выше надпись свидетельствовала, что до конца копирования фотографий «осталось 23 минуты». Дабы не замедлять и без того долгий процесс, я отодвинул мышку в сторону и просто стал наблюдать за гипнотизирующей анимацией перемещения файлов на экране ноутбука. Образовалась молчаливая пауза.

В открытой папке на заднем плане по одной прибавлялись уже скопированные фотографии. В маленьких миниатюрах можно было узнать многие моменты. Вот наш дачный дом и, наконец, законченная веранда со стороны леса. Это сестра на том стадионе, где почти 25 лет назад она стала чемпионкой города по конькобежному спорту, катается на коньках в новогодние праздники с маленькой дочкой. А вот ведёрко грибов, так неожиданно попавшихся при прогулке до родника, что пришлось их срезать острой берёзовой щепкой, потому что ножа не было под рукой. Здесь мама собирает в подол халата первые яблоки с новой яблони, ведь старую сломал грузовик, когда осенью приезжал бурить скважину.

В пестроте маленьких изображений были и те, которых я не видел раньше. Вдруг мелькнул портрет какого-то незнакомого мужчины, наверное, мужа или сына одной из маминых подруг, с которыми она тоже общалась через интернет. О, портрет! И тут я вспомнил про то приложение, доставившее нам столько радости и смеха сегодня. Я быстро достал смартфон из кармана джинсов и, улыбаясь, сказал, что сейчас покажу что-то просто сногсшибательное. Услышав такое редкое заявление с кухни пришла мама и, немного пошарив по столу прищуренными глазами, отыскала очки и тут же одела их, пропуская душки через кудрявые, немного седые волосы. Усадив отца на табуретку поближе к настольной лампе, я сделал портретный снимок и тут же запустил так взбудоражившую днём наш офис программу. Несколько секунд ожидания и звонкий мамин смех залил всю комнату. Папа, отклонившись на табуретке немного назад, чтобы лучше разглядеть изображение, поднял вверх брови и широко раскрыв рот громко рассмеялся на выдохе положив правую руку себе на грудь. На экране был он в женском образе, с длинными светлыми волосами, ровной кожей и румянцем на щеках. По его реакции было заметно, что он ну никак не ожидал подобного результата. После того как все просмеялись, он ещё раз взглянул на обработанное фото взяв смартфон в свои руки, потому что моя рука невольно тряслась от остатков импульсов смеха. С ухмылкой коротко мотнув головой в сторону, выказывая удивление, папа посмеялся ещё раз уже более сдержано.

Я давно не видел таких искренних и радостных улыбок своих родителей. В тот момент улыбка не покидала и моего лица, но не потому, что меня развеселил итог такого не свойственного отцу преображения (хотя и это тоже), а потому что я вспоминал, как в детстве часто видел их счастливые лица, хотя время трудно было назвать счастливым. Но шумные первомайские демонстрации с тысячами красных шаров, появление новой мебели в доме после утомительных разъездов по городу, лыжные прогулки в лесу по выходным с термосом горячего чая – всё это пронеслось в голове за несколько мгновений и в каждом из этих моментов я помню улыбки родителей.

Мне хотелось показывать им новые и новые фото, чтобы их смех никогда не кончался.
– Вот это типа маленький мальчик – комментировал я, – а это как бы мачо!
Я переключал фильтр за фильтром и смех всё накатывал волнами на нас троих. Мама достала из кармана халата цветной платок и, окутав им указательный палец, стала вытирать слёзы под очками. Папа всё мотал головой и иногда покашливал в приступах долгого смеха.

- А это старик! – с искрящимися глазами сказал я и нажал на соответствующую опцию в приложении, чтобы запустить процесс обработки. Когда уже ставший привычным круг ожидания повернулся, мы с нетерпением посмотрели на экран. Но на фотографии отец совсем не изменился. Я нахмурил брови в недоумении и повторил всё то же самое ещё раз, полагая, что ввиду частого использования приложения что-то могло дать сбой и не сработало. Результат оказался прежним.

Я выключил экран смартфона, нажав на кнопку большим пальцем руки и на гладкой чёрной поверхности экрана я увидел отражение папиного лица. Он больше не улыбался, а мокрые от смеха глаза, стали полны другого чувства, отличного от радости.

Моя рука снова мелко затряслась, но я тоже больше не смеялся. Мама, пожав плечами, ушла на кухню домывать посуду. Сославшись на несовершенство алгоритмов обработки изображений во всех новых приложениях, я стал потихоньку собираться домой, водя рассеянным взглядом по комнате в поисках вещей, которые мог забыть. Пробок уже не было, и я доехал до дома быстро, но путь этот оказался тяжелее, чем самая плотная и безнадёжная пробка мира. Было ощущение, что моё сердце защемили те самые скрипучие дворовые ворота и чем дальше я удалялся от дома родителей, тем больнее и тяжелее было в груди. Будто я ездил сообщить кому-то страшное известие, но так и не смог сказать и оставил камень горести при себе. В дороге я не думал вообще ни о чём и лишь у своего подъезда поймал себя на мысли, что совсем не помню, как до него добрался.

В тот вечер рукав моей рубашки был влажным от слёз.

© Никитин Анатолий, 2018

<<<Другие произведения автора
 
 (1) 
 
 
Летом диван был липкий, зимой холодный, но кто такие мелочи замечал. Гуманитарная дама читала "Новый мир" над собственноручно вышитыми платочками.
 
   
По алфавиту  
По странам 
По городам 
Исключённые 
Галерея 
Победители 
   
Произведения 
Избранное 
Литературное наследие 
Книжный киоск 
Блиц-интервью 
Лента комментариев 
   
Теория литературы  
Американская новелла  
Английская новелла  
Французская новелла  
Русская новелла  
   
Коллегия судей 
Завершенные конкурсы 
   
   
   Социальные сети:
  Твиттер конкурса современной новеллы "СерНа"Группа "СерНа" на ФэйсбукеГруппа ВКонтакте конкурса современной новеллы "СерНа"Instagramm конкурса современной новеллы "СерНа"
 
 
 
  Все произведения, представленные на сайте, являются интеллектуальной собственностью их авторов. Авторские права охраняются действующим законодательством. При перепечатке любых материалов, опубликованных на сайте современной новеллы «СерНа», активная ссылка на m-novels.ru обязательна. © "СерНа", 2012-2018 г.г.  
   
  Нашли опечатку? Orphus: Ctrl+Enter 
  Система Orphus Рейтинг@Mail.ru