Новости конкурса
 Правила конкурса
 График конкурса
 Конкурсное задание
 Жюри конкурса
 Жеребьевка
 Турнирная сетка
 Участники конкурса
 Конкурсные произведения
 Литобзоры
 Групповой этап
 Одна восьмая финала
 Четвертьфинал
 Полуфинал
 Финал
   
 Спонсоры и партнеры
 Помощь сайту
 Каталог сайтов
   
 Администрация конкурса
 Новости сайта
 Отзывы и предложения
 Подписка
 Обратная связь
   
 
 
Джерри  О чем думает женщина?

Джерри
Джерри

В постели не заладилось.

  — И чего ей еще надо, — до крайности расстроенный Сережа невнимательно изучал содержимое холодильника ближе к часу ночи. С особой досадой он вспоминал мечтательные глаза Наташки и мягкое, вкрадчивое «ой, да что-то не охота как-то». Общая атмосфера и игривый настрой супруги прямо противоречили ее словам. — О чем она вообще думает? — вызверился он вслух, доставая еще месяц назад початую бутылку.

  — О чем думает — это можно узнать, — за столом материализовался собутыльник. Серый, чуть затертый костюм неплохо облегал чуть полноватую фигуру. Возле ног позднего гостя пристроился видавший виды кейс. На голове намечалась лысина, но взгляд гостя все еще сохранял юное веселье.

  — А что это у вас с ногами? — поинтересовался Сережа, кивнув на задние конечности, которые неожиданный собутыльник стыдливо прятал в тени табуретки.

  — А, заметили-таки, — небрежно бросил гость и с видимым наслаждением вытянул ноги вперед. Неаккуратно опиленные копыта слоились. — Целый день, понимаете, на ногах, — попытался оправдаться он. — Работы уйма. Бегаешь-мечешься, на педикюр времени не хватает. Наливать-то сегодня будете?

  — Стаканы сзади в шкафу, — Сережа понюхал сосиску и достал соленый огурец из мутной, холодной банки. Сопя, нарезал на десертной тарелочке. Гость неторопливо протер пальцем стаканы. Разлили. Выпили. Сережа, незамедлительно хмелея, крякнул, закусил сосиской и подвинул тарелку к гостю.

  — Не нуждаюсь, — закивал собутыльник. — А вот беленькой порой неплохо хватить стакашку-другую. Так что, говорите, желаете знать, о чем женщины думают?

  — А можно? — удивился Сережа.

  — Можно, — гость потянулся за кейсом и стал перебирать какие-то бумаги. — Заполните договорчик. Оплата по прейскуранту.

  — Душу целую, что ли? — ехидно поинтересовался Сережа.

  — Ну мы же не банк с грабительским кредитом, — деланно возмутился гость. — Согласно условиям предоставления, всего лишь восьмушка.

  — Восьмушка чего? — удивился Сережа.

  — А что вы собирались отдать — почку что ли? — язвительно поинтересовался собеседник. — Согласно условиям договора, вы передаете в безоплатное и вечное пользование на основании генеральной доверенности восьмую часть души.

  — А как вы ее из целой души выделите? — глупо спросил Сережа.

  — Это к техническим специалистам, если интересно, я из юридического отдела, — отмахнулся гость. — Так что — будете подписывать или еще по одной стакашке и разойдемся, кто куда? Я — на работу, вы — дальше колобродить по квартире во втором часу ночи?

  Сережа разлили еще по одной. Молча выпили. Сережа закусил куском холодного огурца.

  — Ну давай сюда бумаги, — осмелел он и нетвердой рукой оставил размашистую подпись выше слов «Получатель дара».

  — Ну что же, — гость, педантично отставив мизинец, постукивал пачкой документов по столу, чтобы листки бумаги сложились аккуратной стопкой, — поздравляю с приобретением. Доставка будет завтра с утра, между 7.30 и 8:00. Хотя, если по совести, — поздний собеседник вздохнул, — даже не знаю, дар это или... — и скорбно поджал губы, проникновенно заглянув в глаза Сереже.

  — Это еще что значит? — возмутился Сережа. — А что ж ты мне, черт такой, сейчас впарил? Китайскую подделку?

  — Нет, дар натуральный, от производителя, — гость хлопнул, закрывая кейс. — Завтра уже опробуете. Просто знаете, продукт новый, толком не опробованный. Поэтому так дешево. И статистики отзывов пока не вели. Но, как по мне, спорный он, продукт этот. Не поймешь, не то дар получил, но не проклял тебя кто-то крепко.

  — Ай, спасибо, раньше не мог сказать? — зло спросил Сережа. — И что мне теперь с этой фигней делать? Уплачено уже ведь.

  — Ну, не знаю, сами ведь заказали, — пожал плечами собеседник. — Наслаждайтесь или как уж у вас получится. Гарантия пожизненная. Возврата нет, есть обмен с доплатой.

  — Хрен вам, а не доплату, — Сережа сердито прищурился.

  — Простите, но хрен не берем, только высокоэнергетичное сырье — души, мечты, чаяния. Ну, доброй вам ночи, — гость встал, взял кейс, чуть поклонился и стильно, со вкусом растворился в воздухе.

  — Приснится же чертовщина, — вздохнул Сережа, выпил еще одну стакашку и отправился в постель.

  — Сережа, на работу опоздаешь! — ворвался в утренний бодун голос Наташи. Металла ему добавляло мелодичное звяканье посуды, раскатами боли отзывавшееся в больной голове Сережи.

  — Не ори, лапочка, — простонал он и зарылся головой в подушку. В памяти всплыли ночные события. «Сон, все приснилось. Дурной спит — дурное видит», — решил Сережа.

  — Ты чего, пил среди ночи? — в дверном проеме показалась кудрявая Наташкина голова. Сережа высунул один глаз из подушки.

  «Пьянь болотная. Тряпка. Я на ногах с шести утра, а этот валяется. Не хватает только, чтобы велел завтрак в постель подать, блин», — читалось в ее глазах.

  — Сереженька, сварганить тебе яичницу? Жирная пища помогает с похмелья, — елейным голоском между тем продолжила жена.

  — Яичницу да, — согласился Сережа. — Пожалуйста. Из двух яиц.
  «Я же говорю — больной ублюдок», — с презрением прозвучала в Сережиной голове мысль жены.

  — Но если ты занята, не готовь, я и не хочу вовсе, — быстренько исправился он.

  — Да мне не сложно, все равно в кухне толкусь, — Наташа проворно скрылась и загремела сковородками с утроенной энергией, а до Сережи доносились обрывки ее мыслей.

  «Надоело... Яичницу ему... Где перец? Блин, соль закончилась... А ведь просила купить... Ой, кажется, тухлое... Да ладно, с бодуна не заметит...»

  И тут Сергей, 38-летний управленец среднего звена в крупной строительной компании, всерьез испугался. Испугался всего сразу — и чужих монологов в голове, и отсутствия соли, и, конечно, тухлого яйца на завтрак. Энергично вскочив с дивана, он кинулся в душ.

  — Наташенька, не готовь мне яичницу, я не голодный, на работу опаздываю! — по пути кинул он. «Кааазел», — донеслась до него обиженная Наташина мысль.

  Наскоро намылившись гелем, Сережа долго подставлял лицо потокам воды, стараясь смыть с себя Наташины мысли. Бодун растворился в мелкой водяной пыли.

  — Приснилось, ну приснилось точно, не бывает так в жизни, — уговаривал он себя. — Я себя накручиваю. Не бывает чертей. Договора бывают, заработался, вот и вышло. А все остальное — показалось. Показалось!

  Быстро оделся. Хотел быстренько выскользнуть из дома, пока Наташа перемалывала в голове какую-то чушь из вчерашнего сериала и попутно обдумывала ремонт кухни. Но вовремя спохватился — ведь полночи пил.

  — Котик, — подошел Сережа к жене как можно тактичней, — от меня выхлоп есть?

  Наташа наморщила нос.

 «Фу, какое вонидло», — молниеносно пронеслась ее мысль в Сережиной голове.

  — Почти нет, съешь пару мятных таблеток — и можно за руль, — и потянулась за сумкой, где у нее жила россыпь коробочек конфет на любой вкус.

  «Хоть бы ты разбился, что ли», — очень тоскливая мысль влажной, неприятной улиткой проползла в Сережиной голове.

  — На автобусе поеду, — решительно сообщил он.
  — Так, конечно, спокойней, — поспешно согласилась Наташа.

  «Ага, давай. В час пик. Ты хоть знаешь, какой тебе автобус нужен?», — ехидство стрельнуло молнией в висок. Бегло поцеловав жену в лоб, Сережа выскочил из дома и бросился к остановке транспорта.

  В автобусе пахло сладким утренним потом сограждан. Мечтательный худой подросток, ухватившись за поручень, как нелепая птичка жердочку, улыбался чему-то в окне.

  — А этот ничего вроде, — донеслась до Сережи чья-то мысль. Женщина чуть за 30 с уже чуть оплывшей фигурой, но все еще сохраняющая миловидность, оценивающе разглядывала его в наглую, впритык. Сереже стало неудобно. — Руки красивые. И нос ничего так.

  — Дура малолетняя, — мысленно ругалась бабка в другом конце автобуса на девушку в коротких шортах поверх темных колготок. — Попу выставила и пошла. Шалава малолетняя. Мне б ее годы.

  — Позвонит или нет, — думала тем временем девушка, рассеянно копаясь в телефоне.

  — Да нафиг он мне сдался, — решила тем временем женщина чуть за 30, отвернувшись от Сережи. — Лысеть начал. На голове три волосины скоро останется.

  Сережа пристыженно пригладил волосы.

  — Хочу щенка, хочу щенка, хочу щенка, папа купит мне щенка, — восторженно визжала мыслями девочка, сидя у мамы на руках.

  Мамины думы были односложны:

  — Молоко. Хлеб. Зайти за справкой к врачу. Молоко. Хлеб. Спать хочу.

  — Куда они все едут по утрам? — тоскливо тянула дама крепко за 40 с пакетом, плотно набитым тетрадями в руке. — На работу, что ли? Да у нас в школе вместе с учениками столько народу не наберется, как в этот автобус набилось. Кстати, симпатичная сумочка, надо поискать на сайте объявлений что-то похожее. Не забыть полить фикус в подсобке.

  Сережа помотал головой, но чужие голоса не исчезали, а только усиливались.

  — Я одна, совсем одна, понимаешь? — с надрывом спрашивала 16-летняя фурия с густо наведенными черным глазами. Одной рукой фурия держалась за поручень, второй неустанно теребила лацкан кожаной куртки. — Я одинока в бурной реке этой жизни, как... как гавно в проруби... блин, стихи у меня получаются лучше.

  — А передадите за проезд? — Сережино плечо тронул утомленный мужик.

  — Господи, да вы можете как-то потише все, а? — вдруг взорвался Сережа. В автобусе упала гробовая тишина. — Ну, думать потише, — исправился Сережа, не надеясь на понимание. — Давайте сюда ваши деньги, передам за проезд.

  — «Потише думать»? Отличная мысль, спасибо, дядя, — распрямила спину 16-летняя фурия.

  — Не за что, — механически отозвался Сережа вслух и прикусил губы, чтобы не ляпнуть еще что-то.

  — Мельчает мужик, — с горькой радостью мысленно констатировала учительница. — К сорокету вовсе с катушек съезжает. Вымирает нация.

  Сережа в панике покинул автобус на следующей же остановке и пешком дошел до работы. Безбожно опоздав, он услышал примерно десяток неодобрительных оценок разной степени пошлости от сотрудниц и поспешил скрыться в кабинете.

  Там — спокойно. Там только Толик и Владимир Иванович.

  Сереже почти удалось настроиться на рабочий лад, когда в кабинет продефилировала Люда из бухгалтерии. Несмотря на возраст, давно переваливший за отметку в 50, ей удавалось оставаться магнетически притягательной и сохранять за собой имидж Загадочной Женщины.

  — Владимир Иванович, что по квартальному отчету? — томно протянула она. Владимир Иванович расплылся в улыбке.

  — Как все это осточертело. Жизнь прошла мимо. Устала. Цифры эти, отчеты, черт бы их подрал. И все одна. А сиськи обвисли, как сдувшиеся шарики, — лениво перебирала в голове Люда. — Морковка осточертела. На моря бы. С молодым любовником. А там и помирать нестрашно, чай, не девочка уже. Этот бы подошел, — бросила она быстрый оценивающий взгляд на Сережу.

  — Не надо, — поперхнулся кофе Сережа.

  — Что — не надо? — обернулись все.

  — Да нет, ничего, — смутился Сережа, не зная, куда деть глаза.

  Любой визит сотрудниц вызывал в нем бурю эмоций. До обеденного перерыва пять очаровательных дам оставили в душе Сережи выжженную пустыню. Рабочий процесс был сорван, и обеденный перерыв пришелся очень кстати, но выходить из кабинета Сережа попросту боялся. Он боялся отправиться в ближайшее кафе с дешевыми бизнес-ланчами. Он боялся купить кефир и булку в магазине и устроить трапезу в парке. А еще больше он боялся пойти в офисную кухню и взять кофе с печеньем.
  Потому что повсюду были женщины. И они думали.

  — Владимир Иванович, — Сережа умоляюще посмотрел на шефа, надевающего пиджак, — а отпустите меня домой. Что-то мне сегодня нездоровится. Голова, знаете. Погода, может. И перебрал вчера слегка.

  — Ну, с кем не бывает, — Владимир Иванович был в хорошем настроении. — Иди, отоспись, работа не волк, в лес не убежит.

  В дверях кабинета Сережа столкнулся с девочкой-практиканткой из пиар-отдела.

  — Сколько можно сюда шастать? — возмутился он. — Работать людям не даете!

  — Гы-гы, — подумала девочка-практикантка, глупо моргая.
  К счастью, она была на редкость пустоголовой.

  — Домой. Пешком, — со стороны могло показаться, что за Сережей гнались. Энергично размахивая руками, он преодолевал марафон к дому, стараясь обходить всех представительниц прекрасного пола как можно дальше.

  На лестничной площадке он вновь поймал волну Наташиных мыслей. Она была в прекрасном настроении. И, лишь подходя к дверям, Сережа понял, почему.

  У нее был свой большой дом и собака. Ей было 25. Он была жгучей брюнеткой, а не крашенной блондинкой. И у нее был любимый мужчина по имени Алешенька, подозрительно похожий на актера Тома Круза. С которым она предпочитала развлекаться с постели самыми изощренными способами, на которые только способны воображение и пределы гибкости и человеческого тела.

  Сережа сел на ступеньку, чтобы лучше понять масштабы открывшегося кошмара. Чем дальше он слушал, тем неприятнее ему становилось — будто в чужой спальне подглядывать.

  — Здравствуйте-здравствуйте, — уже знакомый ночной гость, стоя возле двери соседки, до крайности вредной бабки, обернулся к Сереже. — Доставочкабыла, проблем не возникло?

  — И что ты тут, гнида, делаешь? — взорвался Сережа.

  — Да тут один срочный заказ на ясновидение, — сверился тот с путевым листом. — Не скучайте, если что — обращайтесь! — и проскользнул сквозь дверь.

  Сережа вздохнул. Остатки совести и Гордость диктовали срочно предложить Наташе развод. Логика чесала затылок. Непонятно как выжившие кусочки Романтики юности, посмотрев на весь этот раздрай, вдруг предположили:

  — Но ведь эта женщина неспроста в твоей жизни. И ты ведь не Ален Делон, а она все с тобой. Честная. Заботливая. Нежная. Дом на себе тянет. Любовник — и тот воображаемый. Да ладно, бывает и похуже, давай попробуем починить?

  — Ну, попробуем — толку-то? — мрачно возразил себе Сережа.

  — А Наташкин-то козел, который вечно своей машиной мне под окном пердит, повесится скоро, — прозвучала ехидная мысль бабки-соседки.

  — Ну, раз терять нечего, давай пробовать, — резюмировала Логика. — Хуже не будет, верно?

  Нетвердой рукой Сережа позвонил в дверь.

  — Кого там несет? — удивилась Наташа, прервавшись от мысленного полива цветника возле воображаемого дома. Открыла дверь.

  — Сереженька, ты чего бледный такой? — ужаснулась она вслух и про себя. — Нездоровится?

  «Перепил?», — добавила мысленно.

  — Да что-то... Как-то... В общем да, — промямлил Сережа.

  «Зайчик мой бедный. Хороший мой. Надо чаю ему сделать», — с неожиданной нежностью подумала Наташа. Сережа с чувством сгреб жену в объятия и крепко сжал.

  — Ого, какая прыть, — удивилась Наташа про себя, и Сережа с удовольствием фыркнул ей в шею.

  — Нихрена по картам этим не понять. Может, и не повесится, — рассуждала за стеной бабка-соседка. — Может, просто свихнется.

  — Хочу черное шелковое платье в белый горох. И чтобы спина открытая. Надеваю и иду гулять с лабрадорами ближе к побережью от особняка, — думала тем временем Наташа, обнимая мужа в ответ.

  Сережа взвыл.

© Джерри , 2018

<<<Другие произведения автора
 
 
 
 
 
Еще бы не смешно - ведь дипломат - это не чемодан, а мой папа.
 
   
По алфавиту  
По странам 
По городам 
Исключённые 
Галерея 
Победители 
   
Произведения 
Избранное 
Литературное наследие 
Книжный киоск 
Блиц-интервью 
Лента комментариев 
   
Теория литературы  
Американская новелла  
Английская новелла  
Французская новелла  
Русская новелла  
   
Коллегия судей 
Завершенные конкурсы 
   
  
 
 

 
  
  
 Социальные сети:
 Твиттер конкурса современной новеллы "СерНа"Группа "СерНа" на ФэйсбукеГруппа ВКонтакте конкурса современной новеллы "СерНа"Instagramm конкурса современной новеллы "СерНа"
   
   Все произведения, представленные на сайте, являются интеллектуальной собственностью их авторов. Авторские права охраняются действующим законодательством. При перепечатке любых материалов, опубликованных на сайте современной новеллы «СерНа», активная ссылка на m-novels.ru обязательна. © "СерНа", 2012-2018 г.г.   
   
 Нашли опечатку? Orphus: Ctrl+Enter  
  Система Orphus Рейтинг@Mail.ru