Новости конкурса
 Правила конкурса
 График конкурса
 Конкурсное задание
 Жюри конкурса
 Жеребьевка
 Турнирная сетка
 Участники конкурса
 Конкурсные произведения
 Литобзоры
 Групповой этап
 Одна восьмая финала
   
 Спонсоры и партнеры
 Помощь сайту
 Каталог сайтов
   
 Администрация конкурса
 Новости сайта
 Отзывы и предложения
 Подписка
 Обратная связь
   
 
 
Кураш Владислав  Я хочу быть счастливым

Кураш Владислав
Кураш
Владислав

В лунном мареве смерть я встретил.
                                                                Неживая земная равнина.
                                                                Очертанья маленькой смерти.
                                                                Смерть и я - на виду у смерти.
                                                                Человек одинокий, и рядом
                                                                 очертанья маленькой смерти.
                                                                Человек - и что же? Всё это:
                                                                 человек одинокий, и рядом
                                                                 смерть. Равнина. Дыханье света.
                                                                        Федерико Гарсиа Лорка
                                                                        из «Песни о маленькой смерти»

Нас было пятеро неразлучных друзей. Валерка, Юрка, Саня, Серёга и я. Мы были отчаянными сорванцами, и кодекс дружбы чтили превыше всего. Не раз нам доводилось попадать во всякие переплёты и ни разу мы не бросали друг друга в беде. Мы были настоящими друзьями, готовыми друг за друга, как говорится, и в огонь, и в воду. Многие нам завидовали и хотели с нами дружить.

Мы с упоением зачитывались книгами Фенимора Купера и Александра Дюма и хотели быть похожими на их героев, бесстрашных первооткрывателей и неутомимых борцов за справедливость. Мы стремились во всём быть первыми и лучшими и у нас это получалось. Мы незаметно взрослели и становились мужчинами. Хотя в душе мы оставались прежними озорными мальчишками.

Нам не терпелось поскорее окончить школу и всем доказать, на что мы способны и чего мы стоим. А когда прозвенел последний звонок, и пришло время расставаться, только тогда мы поняли, как привязаны друг к другу. Но ничего не поделаешь.

Валерка уехал поступать в Киевский политех, Саня в Сумскую артягу, Юрка с Серёгой в Харьковский юридический, а я в Полтавский пед на филфак.

Вот и закончилось детство, радостное и беззаботное, полное надежд и мечтаний. Мы с головой окунулись в суровую взрослую жизнь. И лишь только тогда стало понятно, что никому ничего доказывать не нужно, никого ничем не удивишь, никто ничего от нас не ожидает. Всё давным-давно уже доказано и сделано другими. И жизнь движется по замкнутому циклу. И все вокруг точно так же движутся по замкнутому циклу. И лишь только избранные способны вырваться из этих оков.

Осознание собственной беспомощности и безысходности пугало и порождало протест. Я не хотел быть, как все, и не хотел жить, как все, но я не знал, что делать, и поэтому плыл по течению, куда вынесет.

Поначалу я очень сильно переживал разлуку с друзьями. Но со временем всё прошло. Я свыкся с этим и чем дальше, тем всё меньше и меньше вспоминал о них. Учёба в университете захлестнула меня с головой, и я старался больше не думать о плохом.

Пять лет пролетело, как один день. Когда мы окончили университеты, мы были уже совершенно чужими людьми. Дальнейшая жизнь не сблизила нас ни на йоту.

Валерка остался в Киеве, Саню направили служить в Среднюю Азию, Юрка устроился адвокатом в контору, Серёга – в суд, а я по распределению поехал в какую-то забытую всеми деревушку учить детей грамоте и месить сапогами родной чернозём. От нечего делать, я организовал школьную газету и стал потихоньку пописывать.

Через год была Валеркина свадьба. Он женился первым. За ним, друг за другом, женились Серёга и Юрка. А спустя ещё год женился и Саня на смуглой, как южное солнце, таджичке.

Один я не торопился с женитьбой. Я ждал ту единственную, которую полюблю всей душой и сердцем. Вот так я и жил в забытой всеми деревушке, преподавал в деревенской школе, вместе с ребятами издавал школьную газету и продолжал потихоньку пописывать.

После свадьбы Саня получил назначение в Афган. Мы узнали об этом, когда он вернулся из Афгана в цинке. Его похоронили на Аллее Славы, где хоронили всех героев афганской войны. От былой привязанности не осталось и следа. Поэтому горечи утраты я совершенно не ощутил. Но страх перед смертью, перед неизбежностью, перед предопределённостью я ощутил в полной мере, вместе с собственным бессилием противостоять пугающему зловещему фатуму.

Я долго хандрил, но монотонная, тягучая, как жевательная резинка, деревенская жизнь незаметно затянула меня в однообразную спираль похожих друг на друга чередующихся дней, и со временем я перестал думать о грустном.

Уроки в школе, работа над стенгазетой, детвора, слякоть и грязь разбитых просёлочных дорог, осень, зима, весна, лето закручивались в бесконечном круговороте, закручивали и увлекали за собой, освобождая от страха и дурных мыслей.

В свободное от работы время, оставаясь наедине с самим собой, я продолжал потихоньку пописывать, выкладывая на бумагу всё то, что было на душе и в сердце, всё то, о чём думал и мечтал.

В основном я писал для себя и для школьной газеты. Поэтому все мои оконченные рукописи невостребованно пылились в столе. Литературные занятия, как чудодейственный бальзам, исцеляли меня и зарубцовывали все мои душевные раны.

Так прошло три года. А через три года умер Валерка. Причём умер бессмысленно и глупо. По нелепой случайности. Из-за халатности и невнимательности врачей. От обычного, легко излечимого гриппа. Причиной смерти была болезнь, от которой давно уже никто не умирает. И я снова с панической остротой ощутил свою беззащитность и слабость. И страх перед пугающей предопределённостью и неизбежностью снова овладел мной. И я снова захандрил. Захандрил надолго и беспросветно.

И снова меня спасла и исцелила литература. Желание освободиться от гнетущих оков обыденности и движущейся по замкнутому циклу жизни уносило мою фантазию в сказочные эмпиреи несбыточного, где я был свободен, как птица, и выплёскивалось на бумагу строками радости и счастья. Это отвлекало от угнетающей действительности и наполняло меня эфемерным ощущением лёгкости и силы.

Время шло и уносило с собой все тревоги. Я не сказал бы, что работа в школе и общение с детьми не приносили мне особого удовольствия. И не сказал бы, что серый убогий пейзаж деревенской жизни очень уж угнетал меня. Нет. Я любил своих ребят, и мне нравилось жить вдали от тесного и душного города на лоне природы. Но для полного счастья мне чего-то не хватало. А чего я и сам не понимал.

Я жил, как отшельник, и ни с кем из своего прошлого не поддерживал никаких отношений. В городе я бывал очень редко, только лишь, когда приезжал проведать родителей. С городом меня больше ничего не связывало. И с Юркой, и с Серёгой тоже. Я ничего о них совершенно не знал.

Как потом оказалось они продолжали общаться и дружили семьями. Об этом мне рассказали на их похоронах. Они погибли в автокатастрофе, когда возвращались из командировки домой. Их смерть была такой же глупой, нелепой, бессмысленной и преждевременной, как и у Сани с Валеркой.

После этого я просто сдался. И впал в депрессию. Я не нашёл в себе силы сопротивляться и бороться со страхом. Осознание собственной слабости и обречённости уничтожало. И ничего не могло мне помочь. Даже литература. Я перестал писать. Работу в школе выполнял автоматически, бездумно, без интереса. Детвора меня больше не радовала и природа не приносила прежнего эстетического наслаждения. Я стал чахнуть и таять на глазах.

К жизни меня вернула Людочка. Она появилась в нашей деревне, когда пришла весна. И я влюбился в неё, как школьник. До безумия, до беспамятства. И однажды признался ей в этом. И сдуру даже предложил замуж. И что бы вы думали? Она согласилась. Не мешкая, мы обвенчались в деревенской церквушке.

Да, теперь она моя жена. Мало того, у нас родилась двойня. Два чудных таких карапуза. Мы их назвали Егором и Севой. Я их постоянно путаю. Они похожи, как две капли воды. И очень забавные и потешные. Я их обожаю не меньше, чем Люду. И только теперь, наконец-таки, понимаю, чего мне так не хватало и ради чего стоит жить.

Кстати, забыл сообщить. Скоро в продаже появится моя книга. Не поленитесь. Пролистайте, как-нибудь, на досуге. И тогда, наверняка, поймёте меня.

Вообще-то, жизнь прекрасна. И этот мир не так уж и плох. Я учусь получать удовольствие от каждого прожитого дня. Я хочу быть счастливым.

© Кураш Владислав, 2016

<<<Другие произведения автора
 
 (1) 
 
 
 
Чудо исчезло, мечта – тоже.
 
   
По алфавиту  
По странам 
По городам 
Галерея 
Победители 
   
Произведения 
Избранное 
Литературное наследие 
Книжный киоск 
Блиц-интервью 
Лента комментариев 
   
Теория литературы  
Американская новелла  
Английская новелла  
Французская новелла  
Русская новелла  
   
Коллегия судей 
Завершенные конкурсы 
   
  
 
 

 
  
  
 Социальные сети:
 Твиттер конкурса современной новеллы "СерНа"Группа "СерНа" на ФэйсбукеГруппа ВКонтакте конкурса современной новеллы "СерНа"Instagramm конкурса современной новеллы "СерНа"
   
   Все произведения, представленные на сайте, являются интеллектуальной собственностью их авторов. Авторские права охраняются действующим законодательством. При перепечатке любых материалов, опубликованных на сайте современной новеллы «СерНа», активная ссылка на m-novels.ru обязательна. © "СерНа", 2012-2018 г.г.   
   
 Нашли опечатку? Orphus: Ctrl+Enter  
  Система Orphus Рейтинг@Mail.ru