Кургузкина Юля  Однажды зимой

Кургузкина Юля
Кургузкина
Юля

На ещё рыхлые сугробы опускается пушистый снег. Деревья мерно покачиваются, будто взволнованные какой новостью, переговариваются между собой. Зима кутает колючие ели в пуховые одеяла, надевая на веточки белые перчатки. Среди тёмных окон, под заснеженными крышами маленького городка особым светом горит одно окно. Снежинки слетаются на подоконник, сквозь холодное стекло заглядывают вглубь комнаты.

В комнате, залитой тёплым светом маленьких светильников, стоит мальчик, не старше пяти лет, одетый в пижаму синего цвета с жёлтыми звёздами и месяцами. Ясные глаза всматриваются в темноту зимнего вечера.

За его спиной пожилой мужчина разжигает камин. На когда-то тёмных волосах белеют пряди цвета уличного снега. Мягкая улыбка, готовая простить все шалости мальчику. Тёплый взгляд, который, кажется, знает всё на свете. Узловатые пальцы рук, которые способны соорудить и починить что угодно.

— Садись, RX 360, я расскажу тебе сказку.

Мальчик взобрался на кресло, казавшееся ему огромным, как космический корабль, который он видел в мультфильмах. Пока взрослые занимались своими серьёзными делами, мальчик представлял себя капитаном Кресла, путешествуя по несуществующим планетам. Ещё ему очень нравился дедушкин камин. Наверно, во всём городе не осталось «живых» каминов, в которые ещё нужно закладывать поленья и раздувать огонь длинной трубкой. Много ещё вещей нравилось мальчику, но он не осмеливался рассказывать это другим детям. Они сочли бы его не серьёзным и не деловитым. Взрослые отправили бы к врачу, и только дедушка, казалось, не стал бы осуждать его.

— «Жил-был… Король! — немедленно воскликнут мои маленькие читатели.
Нет, дети, вы не угадали. Жил-был кусок дерева. То было не какое-нибудь благородное дерево, а самое обыкновенное полено, из тех, которыми в зимнюю пору топят печи и камины, чтобы обогреть комнату. Не знаю уж, какими путями, но в один прекрасный день этот кусок дерева оказался в мастерской старого столяра. Старика звали мастер Антонио, но весь свет именовал его «мастер Вишня», так как кончик его носа был подобен спелой вишне — вечно блестящий и сизокрасный. Мастер Вишня страшно обрадовался, обнаружив полено, и, весело потирая руки, пробормотал: «Этот кусок дерева попался мне довольно кстати. Смастерю-ка я из него ножку для стола!»

— Дедушка, я знаю эту сказку. Я слышал её много раз.

— Хорошая сказка, правда?

— Да, мне нравится.

— Она многим нравится, потому что в ней есть правда. Укутывайся, в плед, малыш, я буду говорить долго. А ты просто послушай.

Дедушка сел в кресло напротив мальчика.

— Люди так любят считать себя особенными. Каждый кричит: «Я не такой, как все!». Носят одежду, сшитую другими, и говорят: «Это Я!», бездумно повторяют чьи-то слова, будто попугаи, и говорят: «Это Я! Я уникален, посмотрите на меня!»

Дедушка изобразил кричащего попугая.

— Как наш знакомый попугай у тёти TY 329, помнишь, всё время что-то выкрикивает?
Но всё это — всего лишь обёртка, не более того. Люди боятся быть непохожими на других. Если они замечают кого-то, кто отличается от них, не обёрткой, но самой своей сутью, они начинают его ненавидеть! Они чувствую угрозу своим фантикам, и они начинают высмеивать такого человека, делают всё возможное для того, чтобы он перестал быть «не от мира сего», а стал «нормальным». Нормальным роботом.

— Роботом? — мальчик удивлённо раскрыл глаза.

— Да, RX 360, биологическим, но всё-таки роботом. С определённой заложенной программой, с возможностями, которые диктует операционная система. Мы всего лишь роботы. Гудим, пока не сгорит последняя микросхема. В процессе работы заменяем изношенные детали на новые, обновляем девайсы, хвастаемся друг перед другом: «Смотри, какие у меня крутые обои на рабочем столе!» А окружающие завидуют: «Вот это да! Хочу такие же!» И устанавливают такие же, чтобы всё было, как у всех, чтобы быть в тренде. Чтобы, не дай бог, никто не упрекнул: «Да ты не теме, чувак! Смени сервер!»

— Ну а что же тот, который не как все?

— У него есть выбор, как у всех у нас. Он может сломаться под напором общественного веяния, сказать самому себе: «Наверно, они правы. Надо быть такими, как они, надо делать то, чего от тебя ожидают. Надо делать то, что хочет общество, родина, долг. Неправильно делать то, что хочется самому. Мало ли, чего я хочу! Мир огромен, и ему лучше знать, как должно быть! Наверно, я — какая-то ошибка приложения» И человек перезагружается. Теперь он как все. Теперь он гонится за новыми гаджетами. Теперь он добросовестно исполняет запросы пользователей. Счастлив ли он? Нет. А где ты видел счастливых роботов? У них не прошита такая программа по умолчанию.

Мальчик скинул с себя плед, слез с кресла. Подошёл ближе к камину.

В тишине комнаты тихо потрескивали дрова. В глазах ребёнка отражался огонь, танцевавший на чёрных углях в сердце камина.

— Но это же больно, — еле слышно прошептал мальчик.

— Да, малыш. Это не просто боль. Это преступление. Но я не рассказал про второй возможный выбор человека. Залазь обратно в кресло!

NW 280.1 подождал, пока RX 360 усядется в кресле, укутается в пушистый плед.

— Что-то ещё есть в этом мире, малыш. Что-то такое, о чём не могут поведать тебе твои родители, потому как сами они толком не знают, что это такое. И я, признаться честно, не учёный, не знаток. Расскажу, как понимаю.
Это как электричество. Минуту назад его ещё не было в комнате, но вот появляются нужные штуки — и появилось электричество. Теперь ты сколько угодно можешь говорить, что его не существует, что не может такого быть и всё это выдумки. Но электрическое поле есть. Оно просто находится в комнате.
Чувствовать это Нечто, знать, что оно есть — это подобно тому, как нести в руке горящий факел, когда идёшь по тёмным пещерам. Это Нечто позволяет тебе делать что-то вопреки твоему программному обеспечению, выводит из себя другие компьютеры. Чем больше ты чувствуешь это Нечто, тем больше в тебе сил заявить о своём выборе. Человек начинает работать будто бы сразу в двух измерениях, одновременно. Вдруг открывается новый мир. Мир, о котором знает только он. Мир, в котором случается то, о чём другие могут только говорить, но чего никогда не получают. Человеку хочется улыбаться, чтобы улыбался не только он сам, но и остальные люди, мало ему знакомые. Человеку вдруг хочется делать абсурдные вещи, те, что были дозволены только детям.
Окружающие его взрослые начинают выказывать своё беспокойство: «Ты заработался, — говорят они, — Начинаешь подвисать. Пойди, отдохни. А завтра снова станешь нормальным, серьёзным и перестанешь, наконец, улыбаться! А то стыдно за тебя становится!».
Это Нечто, оно так робко. В любой момент оно может покинуть человека, отвергнутое им самим. Человек может стать успешным снаружи, но внутри обнаружится брешь, которую не залечишь, не забьёшь модным хламом…

— Что это, дедушка?

— Я знал! — NW 280.1 вскочил со своего кресла, подбежал к мальчику. Осторожно коснулся самыми кончиками пальцев щеки мальчика. Следы чего-то невидимого и от того ещё более ценного остались на руке NW 280.1. Он счастливо улыбался.

— Это слёзы, малыш. Это то, на что вся наша община навесила свой ярлык. Любые попытки проявления чувств жёстко пресекаются и высмеиваются современным обществом, как ты знаешь.

NW 280.1 прошёлся по комнате, вернулся в своё кресло.

— Когда-то давно, скажу тебе по секрету, детям разрешалось плакать, разрешалось хулиганить. Детям позволяли отличаться от взрослых, позволяли чувствовать то самое загадочное Нечто. Но потом люди решили, что слишком опасно позволять всё это ребёнку. Ведь потом нужно ещё много лет подряд затрачивать на то, чтобы перевоспитать человека, чтобы загнать его в общий вольер. Приходилось каждый день по нескольку часов подряд заставлять ребёнка следовать строго определённым правилам. Приходилось ежечасно загружать в его память большие объёмы информации для того, чтобы переключить его в нужный режим. Нужный для общины, конечно. Это был долгий путь. Решили сделать проще... Потом им захотелось узаконить своё безумие. Наложили запрет на проявление любых эмоций.

– Как же жить с этим Нечто, если в обществе оно никому не нужно?

— Ты правильно сказал «жить». Устаревшее, забытое слово, которое можно найти разве что в старых словарях. Именно это Нечто и позволяет жить, а не только исправно работать!

NW 280.1 снова улыбнулся, тем самым, уже в который раз за вечер, нарушив правило хорошего тона в современном обществе 3015 года.

© Кургузкина Юля, 2015

<<<Другие произведения автора
 
 

 
   
   Социальные сети:
  Твиттер конкурса современной новеллы "СерНа"Группа "СерНа" на ФэйсбукеГруппа ВКонтакте конкурса современной новеллы "СерНа"Instagramm конкурса современной новеллы "СерНа"
   
 
  Все произведения, представленные на сайте, являются интеллектуальной собственностью их авторов. Авторские права охраняются действующим законодательством. При перепечатке любых материалов, опубликованных на сайте современной новеллы «СерНа», активная ссылка на m-novels.ru обязательна. © "СерНа", 2012-2020 г.г.  
   
  Нашли опечатку? Orphus: Ctrl+Enter 
  Система Orphus Рейтинг@Mail.ru