Конкурс стартует
через:

77

дней.

2018-02-10


Подать заявку на участие в конкурсе современной новеллы "СерНа - 3"

   
 Спонсоры и партнеры
 Помощь сайту
 Каталог сайтов
   
 Администрация конкурса
 Новости сайта
 Отзывы и предложения
 Подписка
 Обратная связь
   
 
 
Киселев Александр / Александр Кислофф /Вота

Киселев Александр
Киселев
Александр

Это было ее первым словом. Сосредоточенно пописала на пол, вздрогнула в знак завершения, развела руки и удивленно сказала: «Вота!» То есть вот какая история получилась. Раскидает игрушки, разобьет чашку, распатронит мамину косметичку – все так же изумленно, искренне дивясь непредсказуемости мира, она пела-выдыхала: «Вота!» Если, придя домой, родителей встречало «Вота!», то за ним могло стоять все что угодно: незнакомая многодетная кошка в стиральной машине, скатерть с дырой посередине (увидела пончо у подружки), вырванная с мясом розетка, сюр на обоях. «Вота!» было гимном прекрасной и удивительной жизни, законы которой действуют помимо воли человека, и потому результаты его деятельности ну абсолютно не соответствуют первоначальному, благородному и высокому замыслу. Такой богатой и причудливой была коннотация этого, в сущности, ничтожного междометия.

Отец дразнил дочку Вотой, и это прозвище в нашем тесном, почти семейном гарнизонном кругу надолго заменило имя. Тем более что «вота», со временем превратившись в «вот», так и осталось ее реакцией на все удивительное, неожиданное, грустное, обидное, радостное… «Ты где летала? Все дети уже оделись, а ты, как всегда, последняя. Эт-то что?! Ты зачем книжку испортила?». – «Во-от», - и ладошки по привычке делали защитное движение вверх и вперед. Но семеро козлят уже были спасены. А волк изолирован от общества и отсиживал свое в кулачке Воты.

По заданию психолога дети рисовали картинку на тему «Моя семья». Рисовали маму, папу, себя, брата или сестричку, а в довесок дом, собаку, кошку, машину…

- Вота, а почему у тебя только один человечек нарисован? Кто это?

- Муж. Я за него поженилась.

- А почему у него одна нога?

- Чтобы он не убежал.

- Ну ладно. А ты где?

- …

- Наверно, в магазин пошла? Или с ребенком гулять? Может, обед готовишь?

- Не готовлю.

- Тогда где?

- Я… я везде. Вот.

- Так. А вот это что вокруг накаля… нарисовано?

- Облака. Они красивые.

Действительно, руки Воты были вечно измазаны краской, и она, презирая условности, с каким-то непонятным упорством рисовала пальцами разноцветные облака.

Я не знаю, была Вота умной или нет. Училась она неважно, даже девчоночье трудолюбие не спасало ее от троек. Начинала отвечать довольно уверенно и складно, в какой-то момент останавливалась и обреченно произносила: «Во-от». С письменными справлялась лучше, но ее, как выражалась наша Русалка (учительница русского и литературы по имени Алла Владимировна) постоянно «заносило». И продолжала рисовать облака – на столе, в тетрадках, на асфальте во дворе.

Мы учились в одном классе. Дружили? Наверно, дружили. А как еще, если мы жили в одном доме, в одном и том же странном мире, где в наличии только два поколения – родители и дети, если командир дивизии казался нам глубоким стариком (ему не было и пятидесяти), если дедушки и бабушки появлялись в нашем закрытом городке редко и ненадолго. А человек с бородой навсегда остался для меня отклонением от нормы: борода вызывала беспричинный страх, именно за бороду поплатился Леонардо да Винчи, автопортрет которого был тайком выдран мной в детстве из энциклопедии и уничтожен. И никогда уже я не смогу привыкнуть к грязи на улицах и в подъезде, к мату, к непонятному времяисчислению, где 6 часов означает и шесть, и шесть пятьдесят две, и «ой, я забыла». И странным местом притяжения оставался старый огромный локатор, давно не работавший, но почему-то не демонтированный, это ухо вселенной, под которым все казалось иным, наполненным каким-то таинственным небесным напряжением.

Под этим локатором мы с Вотой встречали рассвет после выпускного. Просто шли домой и вспомнили о бутылке шампанского, зарытой неподалеку на последнем звонке.

- А если мы из горлышка по очереди пьем, это мы как будто целуемся, да? Какие вирусы? Нет у меня никаких вирусов. У меня вообще никого нет. Вот. Вот ты умный, да? А я знаю. Ты умный. Вот если ты умный, ты скажи, у меня ноги красивые? Вот. И еще у меня глаза красивые. А лицо? Не ври. Лицо у меня глупое, я знаю. У меня еще только волосы хорошие. Это ты меня напоил. Теперь терпи, слушай мои глупости. Ну, это все равно. А хочешь, я тебя всю жизнь любить буду? Как эта… помнишь, мы читали в 10-м классе? Во-от! Ага, она. Хочешь? А ты захоти, и я буду. Все равно ты на мне не женишься. Тебе умненькая нужна, страшненькая. Ты даже забыть про меня можешь. А я издалека на тебя смотреть буду. Поцелуй меня. Вот…

Начались студенческие годы, когда пытаешься застолбить все участки жизни, когда впервые понимаешь, что молодость все-таки когда-то пройдет и надо успеть найти себя, – и о Воте я не то что забыл, но вспоминал ее редко, потому что ее отца и моего перевели почти сразу после нашего выпуска в разные точки. Встречал ее в сетях, она поступила в медицинское училище, потом увидел ее фотографию с мужем и ребенком, потом ее страничка перестала обновляться, а у меня как раз завертелся роман с будущей женой, потом диплом, потом армия, рождение ребенка, аспирантура, защита…

Она прислала фотографию со старшим сыном и близняшками – мальчиком и девочкой. «Вот. Это мы. Не забыл?».

-Ты где, Вота?

- Здесь. У родителей. Папу сюда перевели. Ты не знал? А ты можешь? Ой, здорово! А тебе не попадет?

- Во - от. Старая, да? Ну ладно, ври, мне нравится. Дети дома. Нет, это родителей квартира. А я за кольцевой, в области. В Зеленом Бору, знаешь? Отправила малышей с отцом гулять, а сама сюда. Старший здесь в Суворовском учится. Вот тебе позвонила. Опять врешь, это я соскучилась. Муж нет, не работает. В аварию попал, давно уже, ступню отрезали. А я в больнице. Еще к старушкам хожу, помогаю, уколы там, капельница… Я хорошо живу, ты не думай. Ой, ты это помнишь? Рисую. Дурочка, да? Вот. Отвезешь? Здорово как! А то у меня ночное сегодня.

В нужном месте мы оказались в ненужное время. Я остановился у подъезда, чуть не задев зареванных близняшек.

- Мама! Папа не хочет домой идти! Он спать лег!

Около лавочки шло совместное заседание совета ветеранов и женсовета подъезда №3. Не входящие в советы участвовали в дебатах, находясь на балконах. Приговор был единодушный: эта кукушка нет чтобы за детьми смотреть, как хабалка какая поехала хвостом крутить неизвестно с кем, а что мужик выпил, так ему отдых тоже нужен, инвалид поди, намаялся тоже с малыми за весь-то день… Жертва хабалки лежала на лавочке и фиалками не благоухала.

- Во-от… Ой…

Я кое-как поставил тело на ноги и поволок в подъезд и в лифт. Здесь он проснулся и произнес монолог, из которого подлежат публикации две фразы: «Ты кто?» и «Ты думаешь, она да? Хрен тебе! Бревно бревном! А я мужик!» Достигнув дивана, Шехерезада прекратила дозволенные речи.

- Во-от… Стыдно как. Прости, это я виновата. Да во всем. Он хороший, это просто… Ой!

Было слышно, что печень хорошего не справилась с возложенным на нее грузом ответственности.

- Ты, иди, хорошо? Я справлюсь. Не хватало еще, чтобы ты. Уходи, пожалуйста, уходи, а то я плакать буду. Вот.

Вернувшись, я позвонил Воте. Она не отвечала. Не ответила на следующий день, и потом, и потом. И потом я уже не звонил. Это потом было долгим.

Она позвонила сама. После работы я приехал в клинику. Не в ту, где она работала.

Она полулежала на кровати в смешной шапочке, в длинной белой мужской рубашке.

- Во-от, - она расстегнула пуговицу и показала правую грудь. – Вот. Ты меня жалеешь, да? Здорово, что ты меня жалеешь. Ты, наверно, меня немножко любишь все-таки. Опять врешь. А мне все равно приятно. Все хорошо и совсем не страшно, это я от химии такая, захотелось тебя увидеть, это от химии. Страшная, да? Одни глаза остались. А зато они красивые, да? А ноги? Смотри, даже целлюлита нет. А волосы тоже отрастут, еще лучше. Слушай, а давай мы шампанского выпьем? Мне теперь все можно. Ты завтра приедешь, и мы выпьем, как тогда? Правда? Что ты так смотришь? Ври, ври, это я тебя люблю. Не смотри на меня так, мне правда хорошо. Ведь я не одна. Да нет, в палате я одна. Я не одна, потому что… никто не один. Опять я глупости говорю. Слушай, вот альбом, возьми с собой, выброси по дороге, а то мне перед сестричками стыдно. Взрослая баба, скажут, а чирикает как ребенок. Только не смотри. Ты вон какой стал, смеяться будешь. Ну, иди. Я к окну подойду. Нет, не трудно. Ты же на меня посмотришь? Вот.

Она стояла у окна, улыбалась и рисовала пальцем какие-то буквы. Или облака, издалека не видно. Я изобразил руками «Пш-ш!» - мы завтра выпьем шампанского за ее здоровье, она улыбалась и кивала, потом прижала ладони к щекам и высунула язык.

Легко и сладко я спал в эту ночь. Легко и удачно прошли лекции, уже по дороге застал меня легкий и бодрый короткий дождь – и лужи с лопающимися пузырями, подсвеченными солнцем, напоминали шампанское.

Я вошел в палату. Она была пуста. Кровать застелена, и не ней аккуратно сложены вещи Воты.

Она поднималась по длинной лестнице, и ей было не трудно, с каждым шагом все легче, и в большой белый зал она вошла девочкой с испачканными краской ладошками. И стены и пол были увешаны и застелены ее рисунками, ее облаками – кучевыми, перистыми, ледяными, легкими, прозрачными, грозовыми, причудливыми, летящими, плывущими, застывшими. «Во-от». И еще кто-то вошел в этот зал, и света стало так много, будто на каждом рисунке засияло солнце, а облака - красками, для которых так много и так мало слов. И кто-то взял Воту на руки и прижал ее к себе крепко-крепко.

«Я – везде! Вот».

© Киселев Александр, 2015

<<<Другие произведения автора
 
 (2) 
 
 
 
Еще бы не смешно - ведь дипломат - это не чемодан, а мой папа.
 
   
По алфавиту  
По странам 
По городам 
Галерея 
Победители 
   
Произведения 
Избранное 
Литературное наследие 
Книжный киоск 
Блиц-интервью 
Лента комментариев 
   
Теория литературы  
Американская новелла  
Английская новелла  
Французская новелла  
Русская новелла  
   
Коллегия судей 
Завершенные конкурсы 
   
  
 
 

 
  
  
 Социальные сети:
 Твиттер конкурса современной новеллы "СерНа"Группа "СерНа" на ФэйсбукеГруппа ВКонтакте конкурса современной новеллы "СерНа"Instagramm конкурса современной новеллы "СерНа"
   
   Все произведения, представленные на сайте, являются интеллектуальной собственностью их авторов. Авторские права охраняются действующим законодательством. При перепечатке любых материалов, опубликованных на сайте современной новеллы «СерНа», активная ссылка на m-novels.ru обязательна. © "СерНа", 2012-2017 г.г.   
   
 Нашли опечатку? Orphus: Ctrl+Enter  
  Система Orphus Рейтинг@Mail.ru