Михайлин Вячеслав / Дед Слава /Убежище. Грустная фантазия

Михайлин Вячеслав
Михайлин
Вячеслав

1

Началась весна. На грудах мусора слезилась ледяная корка. Ароматы всех видов гниения наполняли воздух городской свалки. Сытые, но пугливые крысы вылезали погреться на солнышке. Появлялись первые проталины на окраинах свалки, а на них первая зелень.

Бомж Сашок был романтиком. Со своей студенческой юности он любил походы по достопримечательным и живописным местам. И, обитая со своей сожительницей Манькой в проржавевшем контейнере — кузове списанной мусороуборочной машины, часто покидал своё «гнёздышко» на два-три дня пошататься по окрестностям. В его отсутствие из местных Маньку никто не трогал. Она была под присмотром недреманного ока Борова, бывшего строительного сварщика и медвежатника по совместительству. Боров уже седьмой десяток разменял, но был платонически влюблён в Маньку. Не зря его боялись. Он в таком возрасте спокойно носил на плечах по баллону с кислородом и ацетиленом, а на поясе газовую горелку-резак. Кто с ним спорил и задирался, тот исчезал из лагеря бесследно.

В этот раз Сашок вернулся из похода радостный и озадаченный. С заговорщическим видом постучался в бытовку к Борову:

— Слушай, дело есть на сто тысяч.

— И что?

— Да нашёл я тут одно место… Километрах в шести. Пойдём, не пожалеешь.

Сутки их не было. Вернулись под вечер, тихо, чтобы никого не потревожить. Сашок тащил картонную коробку с армейской тушёнкой.

…..................

— Мань, ты знаешь оперу Верди «Аида»?

— Это та, которая к открытию Суэцкого канала написана?

— А ты согласилась бы на такую судьбу?

— Быть заживо замурованной?

— Да, но чтобы всё было в достатке: и еда, и одежда, и выпивка.

— Не знаю, всё как-то неожиданно и романтично... А что, ты знаешь такое место?

— Да знаю...

   ….........

Ещё до рассвета ушли из лагеря втроём: Сашок с Манькой и Боров. Боров, как всегда, тащил на плечах два баллона.

Боров вернулся к вечеру уже один, объявив:

— Кому живётся плохо, занимайте контейнер.

И никто не решился спросить, что же стало со «сладкой парочкой».

2

Закрытое совещание у главы Чернозёмного района продолжалось уже больше двух часов.

— Итак, повторяю ещё раз для непонятливых. Близится глобальная катастрофа. Есть прогнозы, что через месяц-другой здесь останется голая пустыня. Спасти всё население не представляется возможным. Сверху были спущены средства для сохранения руководства района и генофонда. Построено и оснащено долговременное убежище примерно на восемьсот человек, что составляет один процент от всего населения района. Вам, старшим групп, выдана мобильная рация, стилизованная под сотовые телефоны, которая передаст сигнал об эвакуации. Сигнал прозвучит только один раз. Вы его обязательно должны услышать. Вам, согласно заученным спискам, необходимо доставить людей в ВЧ 0666, что расположена на Степной улице, владение тринадцать. На это даётся три часа. Вещей не брать, только паспорта. Никому заранее не сообщать. Насра..., извините, забыть о родственных связях и жалости. Если хотите выжить.

Трофим Пафнутьевич стёр пот с высокого лба и глотнул из хрустального стакана.

— Можете расходиться. Учтите, что утечка информации наказуема по законам чрезвычайной ситуации.

Присутствующие молча стали вставать с мест и двигаться к выходу. Никто не стукнул откидным креслом, не кашлянул. Лица солидных мужчин были белее снега. У кого-то просто мелко дрожали руки и дёргались щёки. Случайный шмель, залетевший в актовый зал районной администрации, гудел наверху, как турбореактивный самолёт.

Когда последний из участников совещания вышел из зала, из-за шторы выдвинулся бравый полковник с чёрными петлицами инженерных войск.

— Трофим, а вроде ничего народ? Есть понимание. Не подведут?.. Володь, где ты там, не заснул?

Из двери киноаппаратной появился атлетического вида мужичок в сером двубортном костюме. Галстук был немного распущен. Мужик слегка горбился, явно стремясь скрыть свою выправку.

— Ладно, кончай базар. Разрешаю по стопке коньяку, и по домам. Всё будет нормально. Не сегодня-завтра «по коням». Болтунов будем давить на корню. Есть распоряжение сверху.

Полковник достал из планшета фляжку и три стаканчика-напёрстка. Поставил на синее сукно стола президиума и ловко разлил.

Не чокаясь, выпили.

— Хай живе... —сказал полковник, вытерев губы рукавом.

— Да ладно, Фёдор, выдюжим, — сказал Трофим и зычно добавил: — Баба Глаша, приберитесь тут, мы уходим.

Тут же из-за двери вышла пожилая уборщица.

Владимир нажал на кнопку брелка, напоминающего электронный ключ машины. И тут же позади бабки появились два спецназовца.

— По третьему варианту, — отрывисто бросил он.

На бабку резко накинули мешок, что-то повернули, и она сразу перестала дёргаться.

— Вот так, — сказал Владимир.

Трофим только развёл руками.

3

В коттедже завгорбольницей Паши Мясникова ужинали.

Супруга доктора, солистка Чёрноземской филармонии Фелица Соловьёва сервировала стол, напевая вполголоса арию Кармен.

— Ну, и чего вы там сегодня так долго решали? По посевной? Или к дефолту готовимся?

— Солнышко, погоди, дай насытить желудок. Государственная тайна.

— Может, акции Газпрома пора продавать? Ну, не молчи.

Паша вынул из кобуры на поясе серенький мобильник устаревшей марки.

— Вот, видишь…

— Что ты мне этот мусор суёшь? Нет бы новый айфон купить. Я тебя уже неделю прошу.

— В том-то и штука, скоро будет не до айфонов. В этой игрушке наша жизнь, как у Кащея в яйце.

— В яйцах... — певица усмехнулась. — Интересно, расскажи...

— Отправь куда-нибудь во двор прислугу, попытаюсь рассказать.
…...................................

Через пять минут Фелица сидела с побледневшим лицом и брызгала в горло какой-то спрей.

— А мама, мама-то как? — певица готова была разрыдаться.

— Солнышко, ну что делать, жить-то хочется.

За окном послышался громкий стук, кто-то настойчиво барабанил в металлические ворота.

Встревоженный охранник сообщил в домофон:
— Павел Терентьич, тут из службы безопасности просят открыть, они на машине. Говорят, по неотложному делу.

— Открывай.
…...............................

Сельский священник Николай Дьяконов только отслужил вечерю и пришёл домой. Повесил на плечики рясу. Ноздри приятно щекотал запах картошки, которую сварила матушка, и квашеной капусты. От активного слюновыделения благодарственная молитва застревала в горле.

— Николюшка-а-а. Ты посмотри, что делается. Мясниковы горят.

Поп перекрестился и глянул в окно.

— Да, здорово полыхает. Но участок большой, забор кирпичный, ветра нет. Никуда не перекинется.

Он задёрнул шторы, вымыл руки и сел за стол:

— Отче наш, иже еси...

4

Раннее июньское утро было холодным и туманным. По разбитой бетонке советских времён шла длинная колонна из зёлёных пассажирских кунгов, бронетранспортёра и ГАИшного «Мерседеса» с мигалкой. Колонна свернула на просёлок и остановилась. Последние машины остались стоять на обочине бетонки. Из бронетранспортёра вылез атлет Владимир в форме майора службы безопасности и сразу начал отдавать команды через мегафон.

Пассажиры построились по обе стороны просёлка в два ряда. Кто был с небольшими сумками, кто с рюкзаками. Детей младше двенадцати лет не было, не было в основной массе и людей старше пятидесяти лет. Человек двадцать с автоматами в форме спецназа стояли в стороне. В шерстяных шапках с прорезями для глаз они выглядели как-то дико.

— Старшие сотен пройдут сейчас за мной, остальным — вольно. Но не расходитесь. Водители с машинами, кроме БТР, могут вернуться в расположение части.

…......................................

На поляне (поляной она стала недавно) везде виднелись пеньки свеже-срубленных берёзок, собрались старшие сотен, пара автоматчиков, Глава районной администрации Трофим Пафнутьевич Свинорылов, полковник Фёдор Петренко и майор Владимир Журов.

Свинорылов пафосно, будто открывая памятник, сдёрнул камуфляжный брезент с бетонного куба входа в бункер. У железной массивной двери не было даже ручки, только три огромных петли и замочная скважина с язычком. Тот был залит сургучом с оттиском неразборчивой печати.

Полковник достал из планшета выкидной нож и сковырнул сургуч.

Майор поднял руку, останавливая действо.

Он извлёк из кармана брелок и нажал на нём кнопку. Откуда-то издалека донеслась серия глухих взрывов.

Трофим Пафнутьевич удивлённо вскинул брови.

— Транспорт? — шёпотом спросил он.

— Да.

Начал дуть промозглый, всё усиливающийся ветер.

— Ты, Пафнутьич поспеши, холодно становится, — сказал полковник.

Свинорылов достал из внутреннего кармана массивный ключ с двумя бородками.

— Вот он!

Полковник поддел язычок ножом, но тот не поддавался.

— Наверно, заржавел?

Ещё немного поковырявшись, заключил:

— Он, наверно, приварен. Слесаря бы сюда.

Ветер усиливался, на ногах удержаться становилось всё сложнее, берёзы верхушками доставали почти до земли.

Майор выхватил у спецназовца автомат и выпустил по язычку всю обойму.

Язычок не подавался, зато полковник схватился за пах, Свинорылову рикошетная пуля попала в грудь и он захлёбывался кровью.

Ветер уже унёс куда-то брезент и начал вырывать деревья с корнем. И тут на долю секунды всё стихло, потом все стали пропадать с криками в воронке смерча. Когда через несколько часов всё стихло, на километры кругом была пустыня, даже почва исчезла, вокруг расстилались поля бурой глины. Бетонный кубик выглядел так, будто по нему прошлись металлической щёткой. Дверь вогнулась внутрь, но не поддалась.

5

— Мань, а чего мы сегодня есть будем?

— Давай, я шашлык из осетрины разогрею и картофель фри.

— А смотреть что?

— Я там диски Феллини видела, давай «Дорогу» и «Ночи Кабирии». Принеси. Хочу поплакать.

Отмытый и сытый Сашок зашлёпал после душа в мокрых тапочках в фильмотеку. Зажёг свет, потянулся на полку....

— А знаешь, Мань, на сегодня Конец света пророчили…

— Да фигня это, опиум для народа. Это вот мы, как Аида и Радамес, обрекли себя на страшную гибель. А там тополя пушить начинают, солнышко сквозь листву просвечивает…

© Михайлин Вячеслав, 2014

<<<Другие произведения автора
 
 (1) 

 
 
Неприхотливость — одна из главных добродетелей. Заметив за собой старуху, Игараси убыстрил шаг, почти побежал. Здесь подрабатывала сиделкой статный воин Света.
 
   
По алфавиту  
По странам 
По городам 
Галерея 
Победители 
   
Произведения 
Избранное 
Литературное наследие 
Книжный киоск 
Блиц-интервью 
Лента комментариев 
   
Теория литературы  
Американская новелла  
Английская новелла  
Французская новелла  
Русская новелла  
   
Коллегия судей 
Завершенные конкурсы 
Чёрный список 
   
   
   Социальные сети:
  Твиттер конкурса современной новеллы "СерНа"Группа "СерНа" на ФэйсбукеГруппа ВКонтакте конкурса современной новеллы "СерНа"Instagramm конкурса современной новеллы "СерНа"
   
 
  Все произведения, представленные на сайте, являются интеллектуальной собственностью их авторов. Авторские права охраняются действующим законодательством. При перепечатке любых материалов, опубликованных на сайте современной новеллы «СерНа», активная ссылка на m-novels.ru обязательна. © "СерНа", 2012-2019 г.г.  
   
  Нашли опечатку? Orphus: Ctrl+Enter 
  Система Orphus Рейтинг@Mail.ru