Пинская София  Что случилось в Вегасе...

Пинская София
Пинская
София

Бархатный с лёгкой хрипотцой голос обволакивал полутёмные стены бара; контральтовые волны придавали клубам сигарного дыма причудливые очертания и вспыхивали волнующим огоньком в глазах немногих посетителей.  Габриела простёрла вперёд руки, словно пытаясь удержать уходящего возлюбленного, и... свет погас, оставив только одно пятно, в центре которого две руки-лебедя рассказывали историю любви.  Перчатка скользнула вниз и смуглым шёлком блеснула упругая кожа.  Один за другим выбрались из невесомого плена длинные пальцы и вдруг вздрогнули, раскрылись веером на гребне тонких запястий, совершая магические па, очерченные в воздухе кроваво-красными, безупречно-миндальными окончаниями.  Пятно света начало разрастаться, пока в объятиях его не оказалась она вся, ошеломляюще прекрасная, трепещущая от высокого накала чувственной энергии, подхваченной публикой.  Полыхнули глаза из-под рокового разлёта бровей, затрепетали ноздри тонкого носа, и опять зазвучал голос, продолжая прерванную балладу о любви, измене и мести.

«Бог — он если даёт, так что-то одно, ­— сетовала, бывало, мама. — Нет чтоб умом наделить дитя.  Что толку с её красоты?»

Только ошибалась мама!  Если не красота, разве забрал бы её Карлос из глухой мексиканской дыры в Америку?  Разве привёз бы в сияющий огнями Вегас?  Правда, после того как Габриела забеременела, он... продал её Педро...  Педро же сказал, что она должна отработать заплаченные за неё деньги.  А уж потом пусть идёт себе куда угодно.  Вот Габриела и старалась.  Только почему-то заветный тот день всё никак не приближался...

Роберт влюбился.  Во всяком случае, настолько, насколько это возможно в его ситуации, когда через неделю — свадьба.  С другой. 

В том, что невеста была набитой дурой, сомнений не возникало с самого начала.  Впрочем, в сочетании с приданым и связями в высоких кругах её отца, глупость избранницы не казалось такой уж большой проблемой.  Кроме того, она была весьма недурна собой.  Джекки Кеннеди типа недурна — как раз подходящая пара будущему конгрессмену или сенатору.

Пока же в распоряжении Роберта находилась последняя неделя холостой жизни, и провести её он собирался достойнейшим образом.  В Лас-Вегас он приехал, чтобы подготовить игровую площадку, где он и его друзья смогут порезвиться напоследок — то, что в народе называется невинным словом «мальчишник». 

Гуляя по Стрипу, Роберт зашёл в один из многочисленных баров подзаправиться очередным джином с тоником.  Там-то и произошла эта судьбоносная встреча.

Сначала он увидел руки, взлетающие в слепящем луче прожектора.  Затем пятно света начало увеличиваться – и, словно высвобожденный из мрачной бездны, в басовых арпеджио рояля возник голос, обволакивающий своей хрипловатой медовостью полностью ошалевших слушателей.  «Беса ме, беса ме муча», — умоляла певица.  Была она так хороша собой, что у Роберта перехватило дыхание.  А когда в дымном воздухе растаял последний звук, понял, что не успокоится, пока не добьётся её любви.

Маленький Пабло играл в машинки.  Игрушек у него было много, но больше всего он любил машинки.  Производя жужжащие звуки, мальчуган катал их по полу, аккуратно объезжая препятствия, состоящие из притянутых из кухни коробок. 

Он привык оставаться дома один.  Мама работала певицей в баре и домой приходила, когда он уже спал, неизменно в её постели.  Сквозь полусомкнутые ресницы он видел, как она, пряча улыбку, качала головой и переносила мальчика в его кровать, поцеловав на прощанье в тёплую макушку.  После этого он засыпал уже окончательно.

Том Смит был преуспевающим бизнесменом, вхожим в круги, где вершилась большая политика.  Ни то, ни другое никого не удивляло: большим деньгам — большая политика.  И наоборот.  Однако, существовала в его жизни ещё одна роль, о которой знали единицы: на протяжении долгих лет Том возглавлял преступный синдикат, контролирующий игорные дома, бары и подпольные бордели региона. 

Жены у него не было — умерла при загадочных обстоятельствах вскоре после поездки на родную Сицилию, откуда она вернулась удивительно похорошевшей и даже слегка поправившейся.

Том тогда отказался от аутопсии, но похороны устроил по всем правилам.  Всю свою любовь отдавал он сейчас единственной дочери, свадьба которой должна была состояться через неделю.  Дочь...  Смерть матери словно клин вогнала в их отношения.  Том мрачно усмехнулся.

Китти была близка к истерике.  С утра она ковыряла прыщик, выскочивший на подбородке так несвоевременно.  «Убери руки!» — пытался остановить внутренний голос, но руки не слушались.  И сейчас из зеркала на неё смотрело ставшее неузнаваемым лицо, милую симметрию которого безнадёжно разрушал пылающий всеми оттенками красного вулкан.  «Надо же!  Хоть свадьбу откладывай! — чуть не плакала бедняга.  Вдруг её осенило: — Может, Сиси позвонить?  Уж она точно поможет!»

Педро сидел за столиком в кафе на открытом воздухе и потягивал коктейль «Маргарита», что было большой ошибкой.  Ведь на третьем стакане неизбежно накатывали мысли о никчемности его жизни, и спрятаться от них не было никакой возможности.  Бизнесмена из него так и не получилось: как оказалось, для профессии сутенёра требовалось особое призвание, которого, похоже, у Педро не было.  А, может, дело совсем в другом?  Скажем, сердце у него слишком мягкое?  Или девок подбирал дешёвых?  Так или иначе, давние мечты о роскошной вилле с бассейном и спортивным Мерседесом, как у Мигеля, так и остались мечтами.

— «Маргариту»!  Нет, две, — бросил он проходившей мимо официантке и вытащил из жилетного кармана дешёвую сигару.

В дверь постучали.  Том вздрогнул и поднял глаза на несмело входящего в кабинет секретаря.  Немного помявшись, тот заговорил:

— Босс, я принёс то, о чём вы просили, — и протянул пачку фотографий.  Том взглянул на снимки.  Лицо его сначала побледнело, затем вспыхнуло гневом, потом заострилось опасно и ощерилось мелкими и острыми, как у акулы, зубами.  Знал он, что малый сплошная труха!  Ничего, кому-то придётся расплачиваться за нанесённое оскорбление.

В тот вечер Роберт ушёл к себе в номер ни с чем.  А на следующее утро заказал цветы, распорядившись, чтобы их доставляли каждые полчаса — красные розы, обёрнутые красной же шёлковой лентой, с воткнутым между стеблей маленьким конвертом, в котором лежала записка, каждый раз нового содержания, где со всё увеличивающейся настойчивостью он просил, заклинал, а под конец  и требовал взаимности, подписываясь «Ваш обожатель в белом смокинге» — тем самым заручаясь уверенностью, что у красотки не возникнет никаких сомнений по поводу личности отправителя.

Габриела мужчин не любила.  А чего их любить?  От них только неприятности.  Разве о такой жизни мечтала она, оставляя за спиной пыльную деревню, пропахшую насквозь переваренной фасолью и сальсой?  Поначалу, правда, рассчитывала, что кто-нибудь из этих противных жирных котов заберёт её из неволи, на которую она сама себя обрекла, и тогда у неё и маленького Пабло начнётся совсем другая жизнь!  Но всё, как правило, заканчивалось наутро — и любовь, и признания, и клятвы.  Большую часть заработанных денег забирал Педро, недовольно пересчитывая купюры дрожащими с похмелья пальцами и назидательно объясняя, что, видно, не судьба.  Но ничего, главное — не падать духом.  И Габриела не падала!  Она упрямо шла вперёд, навстречу своей мечте.

К столику Педро подсел незнакомый мужчина.  Просто опустился рядом на плетёный стул и уложил руки с пудовыми кулаками на хлипкий стол.  Сутенёр внутренне подобрался, настороженно поглядывая на незнакомца.

— Габриела — твоя девка? — наконец выдавил тот.  Именно выдавил: будто рот у него кашей был набит.  «Ага, все мозги, видать, в кулаках!» — смекнул Педро и немного успокоился: с дураками проще.

— Ну, моя.  А что?  Кто-то интересуется?  Так я её задёшево не отдам.  Она у меня не просто так — артистка!

Мужчина посмотрел на Педро, и тому вдруг стало не по себе.  А незнакомец начал говорить, и несмотря на «кашу во рту», от слов его сутенёру стало по-настоящему страшно.  Но он только согласно кивал головой.  А когда тот закончил, взял, даже не проверяя содержимого, протянутую под столом сумку, и ушёл.

Услышав звонок в дверь, маленький Пабло отодвинул в сторону коробку из-под Мак-Дональдса и побежал к ванной комнате.

— Мама, — позвал он, — кто-то звонит!

— Не смей открывать! — из заполненной паром маленькой ванной вышла завёрнутая в тонкую простыню Габриела и поспешила к двери.  Ткань любовно обтекала стройную фигуру, струясь сзади шлейфом, и малыш подумал, что мама похожа на фею из книжки, подаренной ему одним дядей, который приходил к ним в гости чаще других.  Пабло он нравился, особенно после того как сказал, что хотел бы стать ему папой.  Но мама говорила, что у него у самого ни кола, ни двора.  Так что пусть даже не надеется.  Правда, мальчик так и не смог выяснить, на что же тому не стоило надеяться. 

Педро, оглянувшись почему-то, поспешно шагнул внутрь, и Габриела поняла, что случилось неладное.

— Малого убери, — бросил тот недовольно.  И когда дверь захлопнулась за плачущим мальчуганом, рассказал в чём дело.

Роберт вошёл в полупустой бар и удовлетворённо усмехнулся: вся сцена была уставлена розами в вазах, вазонах, корзинах, кувшинах.  Цвет багряно-красных роз был один в один того же тона, что и платье на певице.  Взлёт волшебной кисти, сверкнувшей кроваво-красной эмалью, медово-горчичный голос, обволакивающий душу, резкий поворот бедра — и мужчина откинулся на спинку кресла, представляя, как всего через несколько часов эти безумные бёдра будут опять извиваться, подчиняясь на сей раз его ритму.

А когда песня закончилась, девушка подошла, присела рядом, небрежно обронив:

— Меня зовут Габриела, — и протянула руку.  Роберт прижал к  губам её божественные пальцы с удлинёнными миндалевидными ногтями и подумал, что сегодня ночью эти руки будут раскинуты утомлённо на кровати в его номере, пока их хозяйка и он будут готовиться к следующему раунду упоительного поединка, в котором нет побеждённых. 

Он тоже представился охрипшим от волнения голосом.  Завязался разговор — он даже не помнил, о чём шла речь.  Габриела главным образом молчала или тихонько смеялась своим неповторимым грудным смехом, запрокидывая голову и встряхивая смоляными кудрями, от чего у мужчины мороз шёл по коже.  А она чувствовала его реакцию и резко замолкала, устремив на него взгляд, способный расплавить металл, и улыбалась, смачивая губы и безупречно белые зубы кончиком розового языка.

Во время второго перерыва она пригласила его на танец, и под томные звуки рояля Роберт признался ей в любви, а также сообщил, что завтра  уезжает и не знает, когда сможет приехать опять.  Эту ночь — полную любви, неги и страсти — она должна разделить с ним, иначе... иначе жизнь не имеет никакого смысла.

— Я согласна, — выдохнула Габриела, и он крепко прижал её к себе, обнаружив при этом, что под платьем, похоже, ничего не надето, что ещё больше подстегнуло его, и, совсем потеряв голову, он простонал:

— Сейчас...  Сейчас...

А потом, ожидая, пока валет пригонит «Ягуар», продолжал прижимать к себе стройные бёдра Габриелы.  Его Габриелы...

Том Смит прихлёбывал скотч из широкого стакана и посматривал на часы в ожидании звонка.  В том, что главной приманкой в Китти был он, её отец, у него не было никаких сомнений.  Но чтоб вот так, внаглую затащить в постель его секретаршу — подобного оскорбления он не простит никому.  Шелли уже пошла на корм рыбам.  И красавчик ненадолго задержится на этом свете.

Китти и её подружка лежали на кровати в окружении атрибутов милых утех поклонниц Лесбоса и рассуждали о том, как построить их совместное будущее.  Постепенно Сиси вотрётся в доверие к отцу.  Соблазнить его труда не составит – она как раз в его вкусе.  Потом маленькая таблеточка — и...  «Безутешная дочь, наследница многомиллионного состояния скорбит над телом безвременно ушедшего отца». А муж — пусть будет для статуса.  Девушки захихикали.  Потом Китти перевернулась на спину, бесстыдно раскинув ноги, в то время как Сиси вооружилась одной из разбросанных «игрушек» любимого ей фиолетового цвета.  Тихо загудел вибратор...

Габриела откинула голову на плечо Роберта, вдыхая трепещущими ноздрями запах дорогого одеколона и ещё больше возбуждаясь от мысли, что она станет последней женщиной в  его жизни.  Впрочем, главное не это, а совсем другое: таким образом она заплатит за свободу.  Свою и сына.  Обещанных денег как раз будет достаточно для нового старта.  В принципе, всё, что от неё требуется — подбросить таблетку и, когда Роберт уснёт, открыть дверь Педро.  После этого она уйдёт.

Маленький Пабло спал, и ему снились гонки.  Вот он в машине красного цвета приходит к финишу первым.  Ему помогают подняться на пьедестал почёта и вешают на шею золотую медаль на красной ленте.  Он находит в первом ряду зрителей маму и машет ей рукой.

Педро наблюдал за влюблённой парочкой через стекло вестибюля и прикидывал, как бы это прикокнуть парня так, чтобы костюмчик не испачкать.  В этом смокинге он и сам будет выглядеть на миллион долларов, а с деньгами, что ему отвалил тот дуболом, так вообще!  Жаль, конечно, красотку, но тут уж ничего не поделаешь: всё должно быть шито-крыто.  С другой стороны, пацан ему останется.  А что?  Может, и правда — сменить профиль? С девок всё равно толку мало.  То ли дело детишки!  Охотников на них хоть пруд пруди!  И он погрузился в обдумывание новой идеи.

Через затемнённые окна Кадиллака за происходящим наблюдал «дуболом».  Ему предстояло поставить заключительную точку и, когда парочка уже отправится на тот свет, избавиться и от этого омерзительного альфонса.  Как там сказал босс?  «Что случилось в Лас-Вегасе, остаётся в Лас-Вегасе!»  Рядом на сиденье поблескивала кожаная сумка, скрывающая орудие убийства.  Оттуда же мужчина извлёк бумажный свёрток, развернул его и с удовольствием погрузил зубы в сочащийся кровью гамбургер.

© Пинская София, 2014

<<<Другие произведения автора
 
 (1) 

 
   
   Социальные сети:
  Твиттер конкурса современной новеллы "СерНа"Группа "СерНа" на ФэйсбукеГруппа ВКонтакте конкурса современной новеллы "СерНа"Instagramm конкурса современной новеллы "СерНа"
   
 
  Все произведения, представленные на сайте, являются интеллектуальной собственностью их авторов. Авторские права охраняются действующим законодательством. При перепечатке любых материалов, опубликованных на сайте современной новеллы «СерНа», активная ссылка на m-novels.ru обязательна. © "СерНа", 2012-2020 г.г.  
   
  Нашли опечатку? Orphus: Ctrl+Enter 
  Система Orphus Рейтинг@Mail.ru