Конкурс современной новеллы «СерНа»ЛИТОБЗОР

Четвертьфинал, Поединок "A", раунд 2

Автор рецензии, судья: Галина Мальцева
«Кошачий парабиоз, или как креативно нагадить в лифте»


  

1/4 финала. 2-й раунд. Поединок «А».

Автор рецензии, судья: Галина Мальцева

Автор новеллы: Шустерман Леонид
Название новеллы: «Дом шрёдингеровых котов»

Автор новеллы: Зеро Инкогнито
Название новеллы: «Бумеранг»

 

Когда оба рассказа нравятся, с одной стороны, испытываешь радость, с другой — ломаешь голову над тем, кому отдать предпочтение, особенно в жестких условиях четверти финала, когда ничья недопустима. Поэтому для принятия решения имеют значение даже небольшие вопросы или замечания к тексту.

Оба произведения написаны в юмористическом стиле, отличным языком. В «Бумеранге» понравились элементы социальной сатиры и моральная подоплека, остроумные характеристики, меткие фразы. В «Доме…» — мягкая ирония, легкая авторская улыбка, почти флегматичный, философски настроенный герой и неожиданная, но уместная усмешка в конце.

Что особенно импонирует мне в тексте Леонида Шустермана, так это логическая выверенность сюжета в заданном мире. При таком подходе охотно веришь всему. И тому, что фанатичная тетушка действительно могла создать квантово-механический эксперимент с атомным ядром... И что она, извергиня, так боялась летального завершения эксперимента, что предпочла оставить кота на заведомую, стопроцентную смерть… И что эта смерть от голода словно вообще не была предусмотрена — ни экспериментом, ни автором, ни героями, и кот, «пока не произведено наблюдение», всё еще мог оказаться «живым и невредимым» «в соответствии с тетушкиными научными записями»…

Правда, я бы не стала тогда уточнять, что Эрвин, впоследствии «местами» обнаруженный героем, оказался «худющим» и «зверски проголодавшимся». Или уж мы принимаем некую фантастическую реальность, в которой можно остаться в живых, месяцами сидя в ящике без воды и еды, или же руководствуемся условиями нашего мира, в котором от голода худеют. Потому что если худеют — то и умирают спустя какое-то, явно меньшее, чем здесь описано, время. Допускаю, что длительное худение, но «не умирание» Эрвина тоже входит в условия полу-абсурда, но… Мне показалось, что здесь что-то нарушается, мне лично это помешало, потому что вызвало отвлекающие от текста мысли о голодании, похудании и сроках пребывания кота в ящике, то есть заставило сопоставлять жизнь и фантасмагорию — а оно тут надо?

Но в остальном всё вполне логично, понятно и стройно, даже для меня, полного неуча в области физики. Ну и правда, кто бы поспорил: если никто не смог наблюдать итога эксперимента, кот теоретически может как существовать, так и отсутствовать, а в моменты своего пребывания на этой бренной земле способен еще и размножаться!  Стоическое терпение героя и жалобы соседей, а в конце — вполне реальный налог «на чудо» — всё, на мой взгляд, здесь получилось складно и весьма симпатично. Дочитывая, поймала себя на том, что улыбаюсь.

История, рассказанная нам Зеро Инкогнито в «Бумеранге», тоже очень понравилась. Действие здесь, наоборот, происходит в реальности. Думаю, это всё-таки детский рассказ, но и взрослому его прочитать будет весело и (почему бы и нет?) — поучительно. Читая, вспоминала Драгунского, и это сравнение рассказу вовсе не повредило. Тоже улыбалась, посмеивалась, получая удовольствие от авторских оборотов, от остроумного стиля повествования. Я бы назвала этот стиль «иронично-высокопарно-демагогический монолог» героя.

«Я, как человек, со специально обострённым чувством справедливости, вынужден признать, что дизайн Дашенькиного лифта отличался изысканностью. Таких умопомрачительных гарнитур шрифтов, и такой шедевральной цветовой палитры не сотворил бы даже я, человек безупречного вкуса. Признаюсь: был раздавлен, втоптан в прах — подавляюще гениальным дизайном расписного Дашенькиного лифта».

— восторг, да и только!

Но, увы, как раз к языку героя у меня самая большая претензия. Могу ошибаться, но мне кажется, автор «Бумеранга» и новеллы «И всё такое прочее» — один и тот же Зеро Инкогнито. Чувствуется такое же легкое подтрунивание автора над самим собой и героем, что добавляет рассказу изюминки. Но… сколько лет герою «Бумеранга», позвольте спросить? Из рассказа это понять невозможно.

Попробую размышлять. Мальчик серьезно занят тем, что разрисовывает лифт. И до какого же возраста это важное дело может казаться занятным?  Конечно, кое-кому хватит ума и в двадцать лет написать «ЦСКА-кони» или «Маша — проститутка». Но вряд ли в двадцать лет кто-нибудь будет слушаться папу, да и папа не станет разжевывать ему всё, как маленькому. Разумеется, герою не двадцать, и даже не шестнадцать. Особенно если вспомнить, что он не знает, что такое бумеранг, и каковы его свойства (думаю, большинство нормально развивающихся подростков мужского пола узнаёт это пораньше, чем в десять лет). Так сколько же мальчику? Сколько ему, если он постоянно мыслит фразами типа этой:  

«Кто дал ему право в общественном лифте навязывать свои примитивные, лишённые креативности решения? Кто он вообще такой, что мы, порядочные и интеллигентные люди, должны терпеть его убогое чувство вкуса? … Мы, интеллигентные люди, этого хотим?»

Или вот он радуется словам девочки о том, что он «цельная и содержательная натура… что характерно, с глубоким внутренним миром».

Получается, парень знает, что такое «креативность», «цельная натура», «внутренний мир», а также «пасквиль» и «кашкалдак» (вот я, к примеру, понятия не имею, кто это). Но не в курсе, что такое бумеранг!

Приведенная фраза — один лишь пример из многих. Дети, так, разумеется, не думают. Это лексика авторская, очень интересная, остроумно придуманная, но лексика взрослого человека. И даже за воспоминания о детстве не выдашь — композиция у рассказа совсем другая, повествование ведется конкретно из «этого момента».

Есть у меня и еще несколько претензий к тексту. Например, мне не понравилось слово «имбецил» — потому что это совсем не ругательство, обозначающее глупое поведение здорового человека, а очень грустный диагноз, с которым живут некоторые дети. Мне один раз сделали подобное замечание люди, которые, увы, знают об этом не понаслышке (я использовала слово «дебил»). Они объяснили, что не стоит давать характеристики или «ругаться» диагнозами, ибо все под Богом ходим, и не вина этих детей, что они таковыми родились. А значит, к нашим героям словечко-то не подходит — ведь они как раз все свои глупости совершают в полной «сознанке».

Вот еще вопрос: каким образом «некто» узнал, что герой пойдет именно в дом этой Даши, и не просто узнал, а успел оставить послание в лифте? Это даже не соседский дом; в тексте сказано: «Тут недалеко…».  То ли злопыхатель поставил цель опорочить героя во всех многоэтажках района (каждый дом — несколько подъездов) и занимался этим всю ночь и весь день, без обеда и сна... То ли… знал о визите к Даше заблаговременно. В последнем случае никто, кроме самого мудрого папы, этого сделать не мог.

Папа в воспитательных целях портит лифты и пишет про сына гадости, ради наглядного примера действия бумеранга? Разумеется, это абсурд, но столько намеков, многозначительности, предвидения, чуть ли не ясновидения у этого папы, что дикое предположение не оставляло меня до конца рассказа.

Тут вообще стоит разобраться. «Был скучный лифт. А теперь — с дизайном». А в чем заключался «дизайн»? Что сказано о результате творчества героя и его друга Мишки? Парни ведь собирались не просто разрисовать лифт, а именно «нагадить»! (Кстати, сперва я поняла это слово буквально, прямо-таки картинка встала перед глазами. Понимаете, в нашем лифте регулярно именно «гадят», по-большому и маленькому. И думаю, не только в нашем — надо это как-то учесть).

Так вот, нагадить можно кому-то конкретно, написав про него гадость, или всем сразу, испоганив в подъезде лифт. Значит, ребята отлично понимают, что они гадят, портят, а не украшают. Тогда причем тут свободное творчество, облагораживающий дизайн, права таланта и принципиальная позиция? Кривые цветочки можно назвать «дизайном». «Петька — козёл» — ни в коем разе.

Нет, я понимаю, автор вставил в этот сюжет отнюдь не детские мысли, обозначил свою позицию по ряду вопросов. Но вставка эта должна влиться в сюжет, как родная, раствориться в нем, а не оседать на дно. Тем более если это рассказ для детей — они еще больше взрослых любят, чтобы всё было выверено. Вот и в детские спектакли часто вставляют реплики с намеком для взрослых — чтобы не заскучали, но остаются при этом в строгих рамках сюжета, понятного детям.

Мне, например, недостаточно было слепой веры в бумеранг. Автор создает в рассказе отнюдь не сказочную реальность, но даже у чудес на земле бывают реальные исполнители из плоти и крови, вольные или невольные. К примеру, голодающий молится о пропитании, но борщ не падает ему с небес, его вдруг неожиданно приносит соседка. Бывают и необъяснимые чудеса, но мне кажется, автор «Бумеранга» такого уровня чуда не подразумевал. Так вот, этого исполнителя мне в тексте недоставало. Я пыталась понять, кто именно и с какой целью взялся за наших героев, представить себе невидимку. Мне кажется (надеюсь, я не вторгаюсь во внутренний мир Зеро Инкогнито, а просто предполагаю), если бы автор сам хорошо представлял себе мотивацию исполнителя, то и в тексте всё сразу встало бы на свои места, даже если бы невидимка по-прежнему остался за кадром. В том числе разъяснилась бы и непонятка с Дашиным лифтом.

Попробую найти невидимку сама, раз уж автор не дал мне подсказок. Забуду ужасную версию про папу-воспитателя и представлю себе некоего абстрактного Петьку. Итак, если ребята никого конкретно не обижали, а просто нарисовали разноцветные кривые цветочки, то Петьке этому, очевидно, тоже очень захотелось порисовать на стенах. Но вместо этого он решил: «Дай-ка я напишу что-нибудь… про кого бы мне написать? Ага, придумал…» И необъяснимым образом попал в самую точку — написал именно про тех, кто «творил» до него, причем жуткие гадости. Бумеранг в итоге действует исключительно по сказочному (а не чудесному — есть разница!) стечению обстоятельств, а то и вовсе — по мановению руки папы-волшебника. Получается неубедительно.

Если же приятели оставили в лифте нечто, обижающее конкретного Петьку, то всё становится проще и реалистичнее. Петька догадывается, кто обидчики, и принимается мстить. Но согласитесь, папа в таком случае тоже сумел бы отличить бездарный, пачкающий лифт, «дизайн» от настоящего оскорбления личности (это даже разные статьи). И высказал бы что-то гораздо более категоричное вместо задушевных бесед, кому и что позволено украшать. Тут бы ему впору за ремень взяться, а не вещать про то, что «дизайн — вещь специфическая, тут важно чувство меры, вкуса, наличие таланта».

Вообще папа и без того ведет себя странновато: сначала делает вид, что не догадывается, кто автор «нового дизайна» лифта, хотя и смотрит «хитро и проницательно». Но вот что происходит, когда принцип бумеранга срабатывает впервые:
«Мама жалела меня, и старалась подложить за столом лучший кусочек. Папа был суров, и, вместо того, чтобы оказать родному сыну моральную поддержку, авторитетно заявил, что принцип бумеранга ещё только начинает действовать. И сегодняшний день принёс пока лишь цветочки. А ягодки ждут впереди».
Получается, папа уже не скрывает, что знает, на кого нацелился бумеранг? Да и как не знать, если в лифте написано не про кого-либо, а про его сына? Бумеранг же не бьет по голове соседу — он летит в того, кто его запустил. Сын подавлен, а папа грозит, что это еще цветочки. По-моему, тут уже никто не притворяется, да и не получилось бы, верно? Но дальше по тексту ребята… идут «сдаваться», как если бы папа, с их точки зрения, еще ничего не знал! 

Еще несколько соображений.

«Дядя Матвей и тётя Даша вызвались нас проводить. И, — о счастье! — Дашенька пошла с нами».

— я бы уточнила, что на этот момент они дошли только от двери квартиры до лифта, а то благодаря «Дашенька пошла с нами» уже представила всех на улице, а лифт, в который они зашли — в доме самого героя.

Да, поправьте, пожалуйста, куда-то исчезло «не» в середине фразы:
«— Ну это… Мы своим принципам так просто (НЕ?) изменяем! Талантам — свободу!»
Кстати, про таланты. В текст далеко не случайно попали рассуждения о таланте, его правах и обязанностях:
«— Да! — подхватил я. — Те, у кого есть талант — имеют право, а остальным пачкунам — в лифте не место!
— Ишь, какие умники! «У кого есть талант». А кто это будет определять? Кто вообще способен определить, есть у человека талант, или нет? И кто ему, пусть даже талантливому, дал право навязывать свой талант всем, кто не хочет видеть проявления этого таланта?»
И в конце рассказа появляется вывод героя о том, «что даже талант не даёт право на самовольство в общественных местах».
Нельзя с этим не согласиться, более того, можно было бы развить мысль о том, что обладатель таланта, если это талант, должен быть не менее, а более ответственен за то, что и как он делает «в общественных местах», и никакого права гадить другим, прикрываясь своим «талантом», не имеет.

Морализирую я здесь не на правах судьи, а просто потому, что весь рассказ преисполнен моралью и предлагает порассуждать о морали. Как говорила Алиса, «во всем есть своя мораль, нужно только уметь ее найти». И в этом нет ничего плохого, наоборот, здесь всё отлично, всё в рамках жанра. По-моему, простая, но замечательная вышла история. И не такая уж детская, повторюсь, если разобраться. К примеру, к концу рассказа можно бы уже и забыть про Таньку Лежебокину, но я бы не стала про нее забывать. Этот персонаж показательным образом остался ни при чем. «Гадит» она исключительно чужими руками, а ее собственный лифт загадочным образом остаётся чистеньким. Очень-очень узнаваемая девочка (хотела сказать «дамочка»). Так что мораль, получается, не только в принципе бумеранга (а он всегда срабатывает, это уж точно…). А еще и в том, что надо думать своими мозгами. Как ни просто звучит, но актуально не только для подростков, а для всех, кто легко поддается манипулированию, и, кстати, не обязательно женскому.   
Нет, нравоучение в этом рассказе с учетом жанра совсем и не страшно, а именно что необходимо. Разве что концовка — уж очень по-детски наивная:
«Да и Дашенька почему-то отворачивается при встрече.
Вы случайно не знаете, почему?»
А разве герой этого не знает, позвольте спросить? Но он же отлично понял, почему «все присутствующие в лифте инстинктивно зажали носы». Или вопрос кокетливо-риторический? И всё-таки… сколько же лет герою?

Понедельник, 20 мая 2013


<<<Список литобзоров конкурса
 (7)
 (0)
Галина Мальцева>>>
 
   
   Социальные сети:
  Твиттер конкурса современной новеллы "СерНа"Группа "СерНа" на ФэйсбукеГруппа ВКонтакте конкурса современной новеллы "СерНа"Instagramm конкурса современной новеллы "СерНа"
 
 
 
  Все произведения, представленные на сайте, являются интеллектуальной собственностью их авторов. Авторские права охраняются действующим законодательством. При перепечатке любых материалов, опубликованных на сайте современной новеллы «СерНа», активная ссылка на m-novels.ru обязательна. © "СерНа", 2012-2020 г.г.  
   
  Нашли опечатку? Orphus: Ctrl+Enter 
  Система Orphus Рейтинг@Mail.ru