Конкурс современной новеллы «СерНа - 4»ЛИТОБЗОР

Групповой этап, Группа "A", раунд 3

Автор рецензии, судья: Олег Глижинский
Обзор в тёмных тонах…


  

1/16 финала, группа A, раунд 3

Автор: Владислав Кураш
Произведение: «Дуэль»

Автор: Павел Городничий
Произведение: «Боюсь»

Автор: Екатерины Бернацкая
Произведение: «Последняя нота»

Автор: Александр Сороковик
Произведение: «Дядя Боря и старые итальянские туфли»

 

В поединке № 33 встретились Владислав Кураш («Дуэль») и Павел Городничий («Боюсь»). Так и не решил по обеим работам, засчитывать ли соответствие теме. Слишком уж разнятся обстоятельства в них от представленных изображений. Скорее «по мотивам конкурсных заданий».

Текст «Дуэли» предваряется внушительного размера эпиграфом-предисловием, понять его связь с текстом я не смог. Далее следует описание встречи, суть которой должна была оправдать название. Обстоятельства предполагали напряжённый психологизм противостояния, от которого воздух бы застывал бетоном. Но не сложилось. Прежде всего участники, кажется, никак не заинтересованы в схватке и её возможных итогах. Их задача выполнить обязательную программу и разойтись поскорей, причём так, чтобы читатель так и не понял, кто они такие и зачем вообще решились на бессмысленную для обоих встречу. Конечно, автор даёт «немаловажные детали» элементы одежды ковбоя и байкера, - но забывает пояснить, чем же эти детали так важны.

Единственное, чем автор меня удивил, так это тем, что у одного участника в «красноречиво глубоком кармане» оказался всего-навсего нож.

В целом работа напоминает или зарисовку для будущего рассказа, или выдранный из большего произведения кусок, это не самодостаточное произведение.

Не получились у автора повторения, призванные, вероятно, ввести зеркальность действий противников. Напрашивается переформулирование в духе «из того же материалу».

Отмечу слово «заакцентировав». Попытка сделать действие завершённым в квадрате?

Многое из того, в чём исповедуется персонаж работы «Боюсь», я могу соотнести с собой, соответственно, проникнувшись сочувствием к нему. Но это всё же не рассказ, нет завязки, нет развития сюжета, нет завершения. Это исповедь, сбивчивая, грешащая повторами, исповедь-размышление, мучительный поиск смысла в жизни, ибо доминанта боязни заслоняет персонажу всё остальное, в чём другие черпают позитив.

Случайная встреча всё могла бы расставить по местам, найти ответы. Точнее, формулировки ответов, поскольку сами ответы персонаж давно знает сам. Но… он не умеет так. А время проходит…

И пожалуй, отдам в этом поединке небольшое предпочтение второй работе, всё же она не оставила меня равнодушным.

 

Поединок № 34 свёл два рассказа о смерти «Последняя нота» Екатерины Бернацкой повествует об убийстве, а «Дядя Боря и старые итальянские туфли» Александра Сороковика о смерти естественной. Вторая работа соответствует первому конкурсному заданию. Причём автор умело ввёл в последний абзац воспоминание о событии, произошедшем существенно ранее финала, полностью выполнив своё обязательство.

«Последняя нота» это рассказ о первой влюблённости. Неразборчивой, максималистской, непримиримой, способной сотворить рай и в одно мгновенье обратить рай в пекло. Такой рассказ имеет солидную фору в борьбе за читательскую аудиторию. Развитие событий и развязка заставляют предположить, что автор немало времени уделил творчеству Мопассана.

Но рассказ не удался. Очень неудачно изложение. Часто обрывочное, без логической связи соседних предложений, плюс неудачные выражения, ошибки. Ещё трудно представляемые с точки зрения физики события. Крайне затянутое вступление, которое на мой взгляд можно без ущерба выкинуть все четыре абзаца. А цитату из конца первого абзаца можно было бы использовать в качестве эпиграфа.

Ну, примеры… Вот, первое же предложение:

«Я был ничем не выдающимся студентом, зарытым наглухо в книги и выжидающий своего звёздного часа» сразу видим несогласование склонений однородных членов. Первая часть неудачна, далее со словом «наглухо» больше бы сочеталось слово «закрыт» или, скажем, «замурован», но не «зарыт». И какого звёздного часа мог ожидать усердный, но не выдающийся студент? Я себе представил первое предложение примерно так: «Как студент я ничем особым не выделялся, постоянно зарытый в свои учебники я даже не помышлял для себя о каком-то звёздном часе» - на уровне черновика, прикидки.

Не очень представляю, как в книге может привлечь внимание «просто промчавшаяся мимо механическая собака». Или как можно облекать себя вуалью.

Или: «С Димой я познакомился в институте. Всё продолжалось до тех пор, пока я не попал к нему домой.» Что же именно продолжалось?

Совершенно не представляется картинка падения женщины со стремянки. Не верю я в собаку, повалившую стремянку с человеком, просто задев её. Куда проще объяснить неудачным движением Ирины Николаевны. Когда она падала, она выронила швейную машинку? Или он поймал её вместе с машинкой?

«…сказал я, возможно, не заметив усмешки на своём лице» не возможно, а точно не заметив. Как можно заметить выражение своего лица? Только при наличии какого-го отражающего предмета разве что…

В общем, рассказ нуждается не в реабилитации в реанимации.

В «Дяде Боре» сам дядя Боря персонаж второстепенный, занимает места меньше, чем те самые туфли. За что ж ему честь такая попасть в название? Думаю, каждый читатель сам оценит для себя значение этого персонажа.

В целом большая часть текста это своего рода трагифарс. Малодушный человек, в сущности умерший до смерти, пытается хотя бы смерть сделать чем-то значительным, чтобы самого себя убедить в какой-то своей значимости. Но уже ничего не изменить.

Этот сюжет может стать основой разговора с читателем о доброте и смысле жизни, об отношении друг к другу и себе. Но всё повествование получилось ровным, однотонным, персонажи, окружающие Курилова, различаются лишь именами. Не случайно автору пришлось прямым текстом убеждать читателя в том, что домочадцы главы семьи не столь плохи, и объяснять, в чём причина их такого отношения. А текст должен быть написан так, чтобы читатель это понял сам. И лишь под конец с момента похорон текст немного ожил. Наверное потому что появилась смена настроений персонажей, появились эмоции антагонизм безысходной скуки.

И всё же «Дядя Боря» получился на мой взгляд значительно сильнее «Последней ноты», хотя замысел обеих работ способен послужить основой хорошего рассказа.

Четверг, 7 апреля 2016


<<<Список литобзоров конкурса
 (0)
 (0)
Олег Глижинский>>>
 
   
   Социальные сети:
  Твиттер конкурса современной новеллы "СерНа"Группа "СерНа" на ФэйсбукеГруппа ВКонтакте конкурса современной новеллы "СерНа"Instagramm конкурса современной новеллы "СерНа"
 
 
 
  Все произведения, представленные на сайте, являются интеллектуальной собственностью их авторов. Авторские права охраняются действующим законодательством. При перепечатке любых материалов, опубликованных на сайте современной новеллы «СерНа», активная ссылка на m-novels.ru обязательна. © "СерНа", 2012-2020 г.г.  
   
  Нашли опечатку? Orphus: Ctrl+Enter 
  Система Orphus Рейтинг@Mail.ru